Новосибирск и Новосибирская область: свежие новости, объективный анализ, актуальные комментарии

Органистка, профессор кафедры специального фортепиано и органа Новосибирской консерватории Наталья БАГИНСКАЯ — о музыкальном детстве, странах и инструментах с историей

Орган называют королём инструментов, потому что это настоящий большой оркестр, в котором стройно и величественно, пробирая до мурашек, звучат тембры, многие из которых напоминают звучание разных инструментов. Прошли столетия, но орган по-прежнему впечатляет своей мощью. Этот гигантский инструмент, чей вес измеряется десятками тонн, а высота порой равна многоэтажному дому, требует от органиста не только виртуозного владения музыкой, но и отличной физической формы. Извлекать божественные звуки из-за специфики конструкции инструмента не всегда легко. Однако с этим успешно справляются не только мужчины, но и женщины.

— Первые органы (гидравлосы) были небольшими, но чем мощнее и больше становился духовой инструмент с мехами, тем тяжелее было на нём играть, — поясняет Наталья Багинская. — В XIX веке знаменитый органный мастер и изобретатель Аристид Кавайе-Коль стал использовать рычаг Баркера — приспособление, облегчающее нажатие клавиш. Однако механика всегда индивидуальна, и нет ни одного органа, похожего на другой. Например, в большом зале нашей консерватории третий мануал очень тяжёлый — это его особенность.

— Я родилась в Латвии, в городе Вентспилс, но в нём мы жили недолго — родители какое-то время там работали. Вскоре перебрались в Волгоградскую область, а уже оттуда в Новосибирск. Так что практически вся моя жизнь, с семи лет, связана с этим городом. Но романтический ореол Латвии, какие-то детские представления о том, где родилась, повлияли на мой музыкальный выбор. Мама вспоминала, что беременная мной слушала органную музыку в Домском соборе. Из Латвии мы привезли много пластинок с органной музыкой. Мне не нужно было придумывать себе занятия: я просто ставила их и слушала. Мне нравилось звучание органа: может быть, в детстве я и мечтала на нём играть, но казалось, что это недосягаемая высота. Когда училась в специальной музыкальной школе, то впервые побывала на концерте органной музыки в консерватории. Задержалась после, чтобы взять автограф. В это время пришёл органный мастер, открыл инструмент и начал в нём что-то проверять, играть. Признаюсь, испытала большой восторг от увиденного. Подошла, несмотря на свою робость, к мастеру и попросила попробовать сыграть на инструменте. Тогда я поняла: мечта не так далека.

— Мама у меня — физик, папа — талантливый инженер. Мы с сестрой выбрали искусство, и за этим, кажется, стояла большая мечта мамы. Сестра окончила театральное училище, преподавала в театральном институте, играла в «Красном факеле». Что касается меня, мама очень хотела, чтобы я занималась музыкой. Когда она впервые сказала мне об этом, я сразу приняла это как данность. Не было никаких сомнений, что музыка — мой единственный путь. В школе мне нравились самые разные предметы, особенно математика и литература. Но в итоге я не выбрала ни то ни другое.

— В 2004-м нам в Новосибирске удалось создать уникальную первую в России трёхступенчатую систему образования. Обучение на органе начинали с первого, а в отдельных случаях с подготовительного класса. Способные дети оканчивали среднюю школу, потом колледж, затем консерваторию и аспирантуру. Например, Дениз Онал, который сейчас уже студент ассистентуры-стажировки и солист Новосибирской филармонии, ко мне пришёл, когда ему было пять лет. В идеале органисту нужно владеть всеми клавишными инструментами — клавесином, клавикордом, фортепиано. Несмотря на то что они сильно отличаются друг от друга по тембру и способу звукоизвлечения, у них есть нечто общее — история клавишных инструментов. Если вернуться к вопросам образования, то специальных детских органов не было, но дети всё же учились играть. Во времена Баха использовали чембало с педалью. На нём можно было освоить весь необходимый репертуар. Дети Баха учились именно так, а уже потом переходили на большой церковный орган. Сейчас в двух музыкальных школах Новосибирска (№20 и №10) дети учатся игре на органе. Кроме того, есть музыкальная студия «Четверть с точкой», где игре на органе могут учиться люди разных возрастов. Класс органа как дополнительного инструмента есть в колледже НСМШ.

— Считаю, что у нас очень хорошая органная школа. Класс в консерватории был открыт в 1968 году, но только как факультатив. С 1993 года открылся полноценный органный класс, в 2001-м — аспирантура. Это хорошая база, чтобы сложилось достойное образование. Тот уровень, который сейчас показывают наши ребята на серьёзных международных конкурсах, говорит о том, что мы всё делаем верно. За Уралом наша консерватория — единственная с такой мощной базой. Поэтому к нам едут отовсюду, и в настоящий момент обучаются органисты из Красноярска, Петербурга, Казани.

— В Новосибирске несколько духовых органов, задействованных в концертах. Первый — орган большого зала Новосибирской консерватории фирмы «Зауэр», второй — малый орган той же фирмы в аудитории №322, выполненный в традициях барокко. Был период, когда люди, ходившие на концерты в большой зал, стали больше выбирать именно малый орган. Здесь оказалось гораздо интереснее, потому что музыканты ещё и рассказывали о музыке, а слушателям было видно, как осуществляется игра на инструменте. В консерватории часто проводятся органные экскурсии. Особую ценность представляют концерты для детей с ограниченными возможностями здоровья. Они подходят, фотографируются, спрашивают, можно ли нажать на клавиши. Третий духовой орган находится в кафедральном католическом соборе. Это инструмент филиппинской фирмы «Диего Сера». У мастера, который его устанавливал, — золотые руки. Инструмент звучит тепло. Он не копия какого-то конкретного барочного органа, а скорее собирательный образ инструмента южно-немецкого барокко. Помимо духовых, в городе есть цифровые инструменты. Очень хороший цифровой орган в Новосибирской филармонии. Я там играю как приглашённый артист. В филармонии работают два моих студента: пятикурсник Александр Бардин и ассистент-стажёр Дениз Олан. Они уже три года ведут там интересные программы высокого уровня. В Академгородке, в лютеранском центре, есть цифровой инструмент. Музыканты очень любят публику из Академгородка — это всегда интересные приятные люди, которые после концерта подходят пообщаться, задают вопросы. Еще один инструмент — голландский Johannus — в детской школе искусств №20. Там работает моя выпускница Екатерина Данилова.

— Мне посчастливилось играть на многих выдающихся органах в Европе. Во время стажировки в Голландии (Харлем) довелось познакомиться с органом мастера XVIII века Христиана Мюллера в церкви святого Баво. В Германии (Штаде) — с органом XVII века в церкви святых Космы и Дамиана. В Италии я записывала свой первый диск в Риме, в церкви Сан-Луиджи-деи-Франчези на инструменте фирмы Жозефа Мерклина, а второй диск — на третьем по величине органе Италии в Вилласанте (Милан — Монца, фирма Диего Боната, 2013 год). Мои самые большие впечатления — это раннебарочные инструменты в Италии и Германии, ранний французский барочный орган, а также знаменитые органы Аристида Кавайе-Коля: в соборе Сант-Уан в Руане, в Канне, Париже и орган фирмы «Гонзалес» в соборе Сент-Андре в Бордо. Я очень благодарна судьбе за возможность попробовать звучание итальянских, немецких, французских, английских инструментов.