24.11.21

Программа номер пять

Как в Новосибирской области борются с коррупцией? Анализируем итоги программы на 2018–2020 годы и вспоминаем громкие уголовные дела.

Люди с протянутыми руками просят тысячерублевые купюры

После опроса 600 жителей региона старше 18 лет и 301 представителя бизнеса выяснилось, что сталкивались с взяточничеством и проявлениями коррупции не более 13% опрошенных.

Поколение, в сознательном возрасте заставшее Советский Союз, помнит, что экономические планы в нём рассчитывались на пятилетку. Сейчас подобные планы составляются в том числе и на борьбу с коррупцией — только временные интервалы их действия немного короче. 16 августа президент Владимир Путин утвердил Национальный план противодействия коррупции на 2021–2024 годы, а вслед за тем на основе этого плана губернатор Новосибирской области Андрей Травников утвердил соответствующую региональную программу на те же самые четыре года.

Кстати, такой срок региональной программой устанавливается впервые — и вообще эти сроки уже не в первый раз меняются в сторону увеличения. С 2012-го по 2017 год поочерёдно действовали три двухгодичные программы, затем была принята трёхлетняя программа (2018–2020 годы), теперь она сменяется четырёхлетней. Каких же итогов удалось добиться по итогам предыдущей «трёхлетки»?

Основные результаты, которые ожидались от программы на 2018–2020 годы, сводились к принятию новых нормативных актов для сокращения коррупции во властных структурах до минимума, с одной стороны, и повышению мотивации к отказу от коррупционных действий — с другой. Предполагалось также расширение сферы участия институтов гражданского общества в профилактике коррупции и повышение правовой грамотности граждан и их осведомлённости о том, что власть делает для борьбы с коррупцией в регионе.

За 2020 год в органах государственной власти прошли 213 антикоррупционных проверок, более 90% из которых касались проверки достоверности и полноты поданных чиновниками сведений о доходах.

Интересно, что этих проверок было на 14,5% меньше, чем в 2019 году, — свидетельство того, что служащие стали меньше нарушать антикоррупционное законодательство. Факты недостоверности и неполноты представленных сведений были установлены в отношении 63 служащих государственных органов и 72 служащих органов местного самоуправления, то есть более половины проверок выявили нарушения.

В 185 случаях за прошлый год к нарушителям применялась дисциплинарная ответственность: в 49 случаях — в отношении гражданских служащих и в 136 случаях — в отношении муниципальных служащих, причём один из них привлекался неоднократно (в 2019 году соответственно 75 и 153).

«Основанием для привлечения служащих к юридической ответственности практически во всех случаях стали нарушения, допущенные при представлении ими сведений о доходах и выявленные в результате проведения проверок достоверности и полноты представленных сведений о доходах. Вместе с тем имелись случаи привлечения к юридической ответственности за нарушение требований к служебному поведению одного муниципального служащего, а также привлечения к юридической ответственности за нарушение требований об урегулировании конфликта интересов одного гражданского служащего и одного муниципального служащего», — говорится в докладе об антикоррупционной деятельности в Новосибирской области в 2020 году.

В 2020 году сотрудники органов внутренних дел выявили 374 преступления, так или иначе связанные с коррупцией (в 2019 году их было 421).

Размер причинённого материального ущерба по оконченным уголовным делам составил почти 431 миллион рублей. Кроме этого, в суд направлено 81 уголовное дело по коррупции, возбуждённое Следственным управлением Следственного комитета, и 110 уголовных дел возбуждено по информации управления ФСБ по НСО.

Так получилось, что самые громкие антикоррупционные дела 2020 года в Новосибирской области были связаны с научными организациями и мэрией Новосибирска. В феврале был отправлен под домашний арест бывший руководитель НИИТО Михаил Садовой — в связи с хищениями при госзакупках на сумму более миллиарда рублей. А осенью был задержан руководитель комитета рекламы и информации мэрии Новосибирска Дмитрий Лобыня — по подозрению в получении 200 тысяч рублей за помощь в размещении рекламных конструкций. Чуть позже за махинации при приобретении жилья для людей из ветхих и аварийных домов были задержаны действующий и бывший начальники управления по жилищным вопросам мэрии Новосибирска Денис Ковалёв и Дмитрий Рыбалко. Забегая вперёд, отметим, что сфера строительства и ЖКХ «отметилась» крупными коррупционными скандалами и в 2021 году: в феврале уголовные дела по мошенничеству и получению взятки были возбуждены против начальника Управления капстроительства мэрии Константина Головина, а в октябре получение взятки в особо крупном размере стоило уголовного дела заместителю министра ЖКХ и энергетики области Владимиру Нормайкину.

Оценивать уровень коррупции в Новосибирской области — и «бытовой», и «деловой» — помогают социологи. После опроса 600 жителей региона старше 18 лет и 301 представителя бизнеса выяснилось, что сталкивались с взяточничеством и проявлениями коррупции не более 13% опрошенных. По их мнению, чаще всего с коррупцией можно столкнуться, обращаясь за медпомощью, учась в вузах и школах, общаясь с организациями сферы ЖКХ. Лишь половина опрошенных осуждает и тех, кто даёт взятки, обращаясь за получением услуги, и тех, кто их берёт. До 20% бизнесменов, поучаствовавших в опросе, хотя бы раз в год использовали неофициальные платежи, контактируя с властями. Основной мотив «бытовой» и «деловой» коррупции — один и тот же: взятка ускоряет процедуры и минимизирует трудности.

65% предпринимателей признали, что самостоятельно решали дать взятку, при этом 38% уверены, что сделали это в интересах своей организации.

Акценты в новой программе — на 2021–2024 годы — расставлены уже немного иначе. На первый план вынесено укрепление доверия общества к властным структурам, затем идёт дальнейшее совершенствование системы мер по профилактике коррупции в органах власти. Отдельными пунктами выделены снижение уровня коррупциогенности при госзакупках, в том числе при реализации национальных и федеральных проектов, а также совершенствование мер по минимизации «бытовой» и «деловой» коррупции.

КОММЕНТАРИЙ

Евгений СМЫШЛЯЕВ, заместитель председателя комитета заксобрания по госполитике, законодательству и местному самоуправлению, член комиссии заксобрания по взаимодействию с правоохранительными органами и противодействию коррупции:
— Те планы, которые были приняты на предыдущий период, в принципе исполнены, новые выглядят вполне реальными. Единственное, что мне не нравится, — в последние несколько лет начинается гонка за ужесточением ради ужесточения, и в итоге сама конечная цель потеряна. Я понимаю, что те люди, которые хотят совершить противозаконные действия, всё равно находят определённые лазейки. А бюрократизация с каждым разом усложняет некоторые процессы, как например, это было с федеральным законом №44-ФЗ о госзакупках. Принимался он во благо, но давно стал выполнять отрицательную функцию — ради него, в частности, пришлось формировать реестры недобросовестных подрядчиков. Теперь этот закон тоже нуждается в изменениях.
Какое-то законодательное урегулирование сейчас кажется уже излишним — у нас урегулировано всё, что можно. Остаётся работа по правоприменительной практике. Даже у студентов, которые участвуют в конкурсах работ на антикоррупционную тему, первым делом возникают вопросы о несоразмерности наказаний за преступления разного масштаба.

Причины коррупции (по мнению участников опроса на сайте правительства НСО)
• Неэффективность наказания за коррупционные правонарушения — 22%
• Отсутствие общественного контроля — 20%
• Возможность принятия единоличного решения чиновником — 17%
• Незаконное участие чиновников в управлении частными компаниями — 16%
• Низкая заработная плата работников бюджетной сферы — 12%
• Низкий уровень правовой культуры у населения — 12%
• Другое — 1%
Виталий СОЛОВОВ | Фото Валерия ПАНОВА
back

Новости  [Архив новостей]

x

Сообщите вашу новость:


up
Яндекс.Метрика