Самолёты строим сами
России без авиации нельзя, иначе верх возьмут две известные беды — дураки и дороги.
Самолёт, который построили отец и сын Яшанины.
Имея богатый опыт и историю, Россия продолжает сдавать позиции по малой авиации. Знаменитые авиаторы, рекордные перелёты, прорывные идеи авиаконструкторов — всё в прошлом. Мы продолжаем тему малой авиации, и сегодня поговорим о том, как построить самолёт и что для этого нужно.
Во всём мире для Авиации общего назначения (АОН) действуют облегчённые правила, благодаря чему отрасль активно развивается. Так было до начала 1990-х и в нашей стране, пока не рухнула система поддержки малой авиации. В последние два-три года, когда АОН, подразумевающая очень разные летательные аппараты — от лёгких самолётов до воздушных шаров и «тряпочной авиации» (парапланов и дельтапланов), под видом борьбы с терроризмом и за безопасность, — и вовсе попала в опалу. Проверки контролирующих органов практически свели на нет движение вверх.
В Америке самостоятельно собрать самолёт может каждый желающий, работают сайты, где можно купить любую деталь. У нас построить самолёт практически невозможно. Каждый подобный случай выглядит чем-то невероятным, даже в таком городе как Новосибирск, где самолёты на заводе собирают почти 80 лет. Но речь о самодельных, и таких – единицы.
В начале 2000-х новосибирские журналисты наперебой рассказывали историю пенсионера Юрия Тайченачева, построившего самолёт в обычной «хрущёвке». Бывали в гостях у конструктора-любителя и корреспонденты «Ведомостей». К слову, Юрий Петрович был неординарным пенсионером — 20 лет трудился главным архитектором одного из крупнейших в городе проектных институтов — НГПИ, министерства радиопромышленности. Среди объектов с участием Юрия Тайченачева были заводы и их инфраструктура в Кишинёве, Тбилиси, Фрунзе, Махачкале, Львове, Минске, Челябинске и других городах. За проект в Ташкенте он и команда проектировщиков были удостоены премии Совета Министров СССР. Выйдя на пенсию, он с той же тщательностью подошёл к реализации детской мечты: изучал литературу и подшивки журнала «Моделист-конструктор», делал расчёты, подбирал детали на автобарахалке. Несколько лет мы звонили Юрию Петровичу, интересуясь: как проходят испытания машины, когда он поднимется в небо? «Петрович», как назвали в СибНИА самодельный самолёт Тайченачева, прошёл испытания, но тяжёлый мотоциклетный двигатель не дал подняться в воздух выше нескольких метров. Юрия Петровича Тайченачева, человека, который жил мечтой, несмотря на возраст в паспорте, не стало 6 мая 2013 года, незадолго до этого он передал свой самолёт в один из музеев Новосибирска.
Будущее авиации за беспилотниками. Какая романтика? О небе уже никто и не мечтает, утверждают скептики. Об этом говорили и на совещании по проблемам АОН в Минтрансе РФ в январе этого года. В группе авиаторов, участвовавших в совещании, был и новосибирец Анатолий Яшанин, бывший военный лётчик, а ныне пенсионер, построивший самолёт на пару с сыном, но лишённый возможности летать по иску транспортной прокуратуры. «Так могут рассуждать только люди, у которых не было детства. Романтика в сердцах — без этого никуда. Я сам прошёл через это: прыгал с парашютом и, цепляясь за кочки, сдирал кожу, вдыхал запах нагретой солнцем травы, видел поле в жаворонках, — говорит Анатолий Фёдорович. — Не будет молодёжь летать, значит, будет цепляться за электрички, куда-то же надо свою энергию выплёскивать».
Совещание уже подходило к концу, когда ему дали слово: человек летел издалека, надо выслушать, хотя бы пять минут. А как уложиться в пять минут, когда такая большая жизнь…
Клеить модели он начал ещё ребёнком, жили в Приморском крае, село Астраханка на берегу озера Ханка. Но самолётики, которые он собирал, никак не хотели летать — некому было подсказать, как нужно делать. Но вот в соседнее село приехал новый прокурор, у него два сына, они были старше и уже имели опыт — занимались в авиамодельном кружке. Скоро с их подачи в Доме пионеров организовали авиамодельный кружок. «И вот наконец моя модель полетела, я был безмерно счастлив, — вспоминает Анатолий Фёдорович. — Пришло время профессию выбирать. Две мечты у меня было: строительство и авиация. К дереву тянуло, запах древесины нравился — это от отца, у него в сарае был разный инструмент и рубанок — конечно, я там самолётики строгал. Я как увидел в киножурнале летающие модели, загорелся, так до сих пор не могу от этого уйти».
В Новосибирск Анатолий Яшанин поехал по приглашению сестры, в письме она рассказывала о местном авиационном заводе и техникуме. Приехал, поступил, отучился и не пожалел: образование хоть и не высшее, но за два с половиной года они научились собирать самолёт, изучили авиадвигатели и оборудование, постигли сопромат и аэродинамику. После окончания поступил на вертолётчика в учебный авиационный центр на ул. Крылова, 24. «Документы в аэроклубе у меня приняли, надо было проходить комиссию, но у меня одно ухо слышит хуже (последствие перенесённого в детстве отита), и я схитрил — отправил за себя друга, — продолжает Анатолий Фёдорович. — А после окончания нам предложили написать рапорт в армию. Так в 1973 году я отправился служить, попал в Ростов. Только начал летать, как на очередной медкомиссии лор-врач меня вычислил. Я растерялся, думал, что сбился на взлёте, но доктор успокоил: ты же не на истребителе летаешь, на Ан-2. Отправил в госпиталь, там меня обследовали. И я продолжил службу».
Анатолий Яшанин в Уссурийске.
Менялись места службы, они с женой и сыном переезжали. И везде, где ему доводилось служить, Анатолий Фёдорович вёл детские клубы, сын был рядом. «Поначалу жена обижалась: у тебя сын растёт, а ты чужими детьми занимаешься. Мы как раз перебрались в Уссурийск. И я дал слово, что теперь буду заниматься только сыном, — признаётся отец-лётчик. — Приехали, разгрузили контейнеры, обустроились немного, появилось свободное время, и я предложил Артёму: пойдём полетаем. Выходим на стадион, запускаем модели, и тут сбегаются с округи все дети, а за ними родители. Мы полетали, свернули модели и пошли в гараж. Идём с сыном, а за нами, как в мультике «Каникулы Бонифация», гурьбой ребятишки».
Кончилось тем, что родители детей сами договорились насчёт помещения для кружка — большого класса в одной из воинских частей. А ещё некоторое время спустя он уговорил супругу Татьяну стать его руководителем. С детьми нужно было работать постоянно, а ему, военному лётчику, с нарядами и командировками, это было сложно.
«Татьяне понравилось это дело, она стала ездить с мальчишками на соревнования, они её любили. Я же приходил заниматься с ними по моделям, — делится воспоминаниями Анатолий Яшанин. — Весной 1988-го в Находке проходил слёт юных техников, моя Таня накануне попала в роддом, у нас родилась дочь, а я не смог сопровождать ребят потому, что начались учения, они поехали сами — и победили. Капитаном был Андрей Пчельников, старший среди них, заводила. Нашему Артёму было 12 лет, ему дали путёвку в «Артек» и взяли в команду Приморского края. В 14 лет он уже был КМС, потом и чемпионом России».
Мальчишки те давно выросли: Артём Яшанин стал инженером-конструктором, Андрей Пчельников до сих пор работает директором станции юных техников, а один из «воздушных бойцов», Вадим, закончил Барнаульское лётное училище.
Мастер-класс от Анатолия Фёдоровича Яшанина.
Как они загорелись любительским самолётостроением? Первый одноместный самолёт Артём Яшанин построил после окончания Новосибирского авиационного колледжа, куда поступил по стопам отца — на самолётостроение. Полетал немного на планерах, потом сам научился летать на этом самолёте. В конце концов к строительству подключился и отец. Так вдвоём они создавали второй, теперь уже двухместный, самолёт. Закончив работу, облетали крылатую машину, получили предварительное техническое заключение СибНИА и перебрались с самолётом в Бердск. Но вскоре начались времена борьбы за безопасность полётов, и их вежливо попросили с аэродрома.
К этому времени Артём уже закончил факультет летательных аппаратов НГТУ и много лет работал в «Авиареставрации», сначала слесарем, а потом конструктором-инженером. Они восстанавливают знаменитые исторические самолёты России, среди которых И-15, МиГ-3, Ил-2, по заказам коллекционеров из других стран и для российской национальной коллекции «Крылатая память Победы». Десять лет здесь рядом с Артёмом трудился и отец, до тех пор пока не случилась беда — онкология.
«Казалось бы, я военный лётчик, у меня государственный диплом, большой налёт, но Росавиацию это не интересует. Если ты хочешь летать на маленьком самолёте, нужно идти на курсы и учиться летать заново, а это стоит не меньше 400 тысяч рублей, — негодует Яшанин-старший. — По НТВ показывали, как в США летает девушка без рук. У них всё начинается с лицензии, она очень простая, и подготовку по упрощённой схеме может пройти любой. Так вот эта смелая женщина летает на самолёте, а мы, здоровые мужики, не можем, потому что не пройдём комиссию. К примеру, я её не пройду не потому, что у меня была онкология, слава Богу, сейчас эта графа закрыта, и рецидива нет, и по лестницам я не хожу, а бегаю. Но комиссию я не пройду по заявленным требованиям — не хватает зубов. Там без рук летают, а у нас не хватает зубов — и всё».
Эти люди восстанавливают самолёты, которым аплодируют на мировых авиашоу, а сами, поднимаясь в небо, оказываются преступниками. Поистине, умом Россию не понять!
Для контролирующих инстанций Анатолий Яшанин — пенсионер, сделавший деревянный самолёт, на котором летает. Но утверждать подобное — как минимум невежественно. «Древесина — обычный в самолётостроении материал. Металл устаёт и может давать трещины, а древесина не устаёт, — объясняет инженер-конструктор Артём Яшанин. — На YouTube немало роликов о том, как люди строят самолёты, — за рубежом такое техническое творчество называется «хоум билдинг». Клепают, клеят и при этом достигают потрясающего качества изготовления. Есть интернет-магазины, где можно заказать любую деталь: материалы, крепёж, приборы. С 1980-х в США популярны самодельные самолёты семейства LASER, первую машину любитель изготовил в гараже и стал участвовать на ней в чемпионатах мира. У его самолёта цельнодеревянное крыло, которое не разрушается под действием знакопеременных нагрузок».
Чтобы вернуть интерес к малой авиации, тем более обратить внимание молодёжи, — нужно очень постараться. Сегодня это доступно, сборные модели можно купить. Только вот куда с этим самолётиком прийти и полетать? Можно и самолёт построить, умельцев хватает, только как его легализовать? Где человеку, не планирующему коммерческие перевозки и дальние перелёты, учиться летать? Как планеристу-любителю получить свидетельство пилота? Вот о чём нужно думать, вместо того чтобы запрещать полёты.
«Если человек делал модели, он понимает, как это устроено — от мелочей до конструкции в целом. Модель — тот же самолёт, только маленький. Законы аэродинамики едины для всех, — говорит Анатолий Фёдорович. — С чего начинается подъёмная сила, где центр тяжести, что такое критические углы атаки — это впитывается постепенно, от простого к сложному. А у нас сейчас самолётик из бумаги не каждый мальчишка может собрать и запустить правильно. Не лишайте детей романтики. Подарите им возможность летать».
В конце 1980-х журнал «Крылья Родины» опубликовал заметку о перелёте «Москва (Тушино) — Крым», где участнику достаточно было иметь свидетельство пилота-любителя, которое выдавала Федерация любителей авиации, либо свидетельство любого другого ведомства или вооружённых сил. «Почему мы до сих пор одержимы небом — потому что впереди шли великие люди. Знаменитый конструктор Антонов поддерживал слёты конструкторов-любителей, присматривая там будущих авиаторов-профессионалов; во главе ДОСААФ стоял наш земляк, лётчик-ас Александр Покрышкин, поэтому всё летало и гудело», — говорит Анатолий Фёдорович.
Пилоты малой авиации по всей России объединились в профсоюз, чтобы отстаивать свои права и стать общественной силой, которая сможет повлиять на законодательный процесс. Возглавляет его пилот-ростовчанин, доктор наук Вадим Цыганаш. Именно профсоюз АОН пригласил Яшаниных принять участие в совещании Минтранса в нынешнем январе. Собрали таких же энтузиастов и тех, кто пострадал. Профсоюз, который существует за счёт взносов, оплатил перелёт. Сейчас пилоты-энтузиасты и юристы разрабатывают концепцию развития малой авиации, готовят изменения в ФАП (Федеральные авиационные правила) и в Воздушный кодекс, которые позволят легализовать АОН. От этой частной инициативы во много зависит будущее малой авиации.
Марина ШАБАНОВА | Фото Михаила ЧЕРНОВА, Александра ОРЛОВА и из архива семьи Яшаниных
http://www.reaa.ru — файловый архив Ассоциации Экспериментальной авиации;
http://www.avia-master.ru — форум самостоятельных строителей сверхлёгких самолётов и и любителей СЛА;
http://www.avialibrary.com — авиационная библиотека «Открытое небо»;
http://www.masteraero.ru — большой каталог чертежей, где можно найти чертежи авиамоделей и летательных аппаратов.
Материалы по теме:
![](/uploads/cgblog/id54829/1--2.jpg)
В Новосибирской области закрыли единственный частный аэродром для полётов на планерах — под угрозой срыва оказался чемпионат СФО, намеченный на 22 июля.
![](/uploads/cgblog/id54284/12-6.jpg)
Руководителю Новосибирского дельтапланерного клуба запретили обучать людей полётам.
![](/uploads/cgblog/id54054/1--3.jpg)
Авиаторы-любители по всей стране лишаются возможности летать. Как должно измениться российское законодательство, чтобы авиация общего назначения не ушла в тень?
![](/uploads/cgblog/id53741/22---.jpg)
Лётчик-испытатель, директор СибНИА Владимир БАРСУК о полётах детей, возрождении «Аннушек» и вере в высшие силы.