28.01.21

Экспорту закручивают гайки

Как решение правительства России о введении пошлины на вывоз пшеницы за границу отразится на сельхозпроизводстве и уровне жизни крестьян?

Комбайн убирает пшеницу

В 2020 году общая стоимость продукции областных агропредприятий, поставленной в страны ближнего и дальнего зарубежья, составила почти 387 млн долларов США.

9 и 10 декабря 2020 года произошли события, на которые многие жители страны могли отреагировать позитивно. На совещании по экономическим вопросам президент РФ Владимир Путин потребовал от правительства за неделю принять меры для прекращения роста цен на продукты. В частности, глава государства отметил значительное подорожание макарон, подсолнечного масла, сахара и муки, назвав недопустимым рост цен на макаронные изделия при таких урожаях зерна в России.

Первая реакция

Кабинет министров сработал оперативно: уже 10 декабря увеличил вывозную экспортную пошлину на семена подсолнечника и рапса, а также сою — с января 2021 года. Несколькими днями позже было принято решение о введении ставки пошлины на вывоз пшеницы за границу в пределах квоты — 25 евро за тонну с 15 февраля, а затем 45 евро — с 15 марта. Если учесть, что до сих пор пошлины на экспорт пшеницы отсутствовали в принципе, удар по сельхозпроизводителям выглядит более чем чувствительным.

Именно аграрии сразу и забили тревогу. На заседании комитета заксобрания НСО по бюджетной, финансово-экономической политике и собственности депутат и руководитель сельхозпредприятия Глеб Поповцев выразил недоумение решением федерального правительства.

Уже произошла стагнация реализации зерна в регионе — соответственно, и экспортные показатели падают. В связи с чем тогда необходимо введение этой заградительной пошлины? Каким образом мы после этого сможем вывозить сырьё за границы Новосибирской области? И вообще, одно дело заградительные пошлины по зерну для Кубани, а другое дело — для Новосибирской области. Тем более что и себестоимость зерна у нас за последнее время выросла, — сказал депутат.

Поддержал коллегу и заместитель председателя комитета заксобрания по аграрной политике, природным ресурсам и земельным отношениям Денис Субботин. Он напомнил, что в последние годы наши аграрии заметно диверсифицировали производство различных культур, сделав ставку на масличные, идущие в большинстве своём именно на экспорт. Как, впрочем, и пшеница, которую не только Новосибирская область, но и Россия в принципе уже много лет производят с избытком.

— Сегодня 45 евро — это 4 000 рублей. При себестоимости тонны зерна чуть более 8 000 рублей — реально много. Мало того, ещё и квоты тарифные вводятся. В 2017 году был льготный тариф на перевозку зерна, но не для всех. Из 200 тысяч тонн зерна, которые можно было на льготных условиях вывезти из области, 199 тысяч получила Объединённая зерновая компания. А Новосибирская продкорпорация — всего три вагона… Вопрос, кто получит эти квоты — наши экспортёры или опять москвичи, — мне представляется риторическим, — заявил Денис Субботин.

Видишь логику? А она есть…

Если смотреть на вопрос комплексно, то необходимо ненадолго вернуться в 7 мая 2018 года, когда президент сразу после инаугурации подписал Указ «О национальных целях и стратегических задачах развития Российской Федерации на период до 2024 года», достижение которых правительство должно было обеспечить в следующие шесть лет. Одним из направлений стало увеличение в два с небольшим раза экспорта сельхозпродукции и продовольствия, который к 2024 году должен достичь 45 миллиардов долларов в год. Нужно отметить, что аграрии с большим воодушевлением принялись воплощать стратегическую задачу в жизнь и экспорт рос отличными темпами — это можно проследить хотя бы на примере Новосибирской области. Наш регион, с одной стороны, находится в центре страны и на пересечении логистических потоков, а с другой, сильно удалён от черноморских портов, через которые идёт основной транзит российского зерна за границу. Поначалу торговали через посредников, потом в дело включились и новосибирские трейдеры, начавшие налаживать торговлю с Китаем и другими странами Азии. В 2020 году общая стоимость продукции областных агропредприятий, поставленной в страны ближнего и дальнего зарубежья, составила почти 387 миллионов долларов США (рост в 1,6 раза по сравнению с 2019-м), а к 2024 году объём экспорта продукции АПК из Новосибирской области должен был достичь 439,8 миллиона долларов. Но сейчас достижение этих показателей под большим вопросом — кроме того, есть большая вероятность откатиться назад.

ЦИФРЫ
Зерновые культуры, произведённые в Новосибирской области, продаются в 19 стран мира, а также в регионы России. Экспорт из региона урожая 2020 года составил 400 000 тонн, из них 280 000 тонн — за пределы РФ.

В чём тогда логика правительства, которое не только «подрубает крылья» крестьянам, но и практически идёт вразрез с поставленными перед ним (пусть и в другом составе) задачами? Она, как ни странно, есть — хоть и спорная.

Россияне возрастной категории 40+ хорошо помнят дефицит продуктов, талоны, гуманитарную помощь, «ножки Буша», умирающее сельское хозяйство, которое в 2000-е годы, при продолжающейся и сейчас поддержке государства, «вставало с колен», попутно выполняя задачу по обеспечению национальной продовольственной безопасности. И встало, и справилось с задачей.

Уже несколько лет как по большинству продуктов АПК Россия вышла на полное самообеспечение, а по производству пшеницы, которую закупали ещё в 90-х, сейчас существует почти двукратный профицит.

При реализации излишков на экспорт, даже через посредников, аграрии получают более высокую цену, чем внутри региона. Например: руководитель сельхозпредприятия, имеющий на руках определённые излишки зерна, может продать их по 15 тысяч рублей за тонну на экспорт или за 10–12 тысяч рублей внутри региона какому-то мелькомбинату. Мельникам и хлебопёкам ведь тоже нужно зерно, чтобы обеспечивать нас хлебом. Естественно, что любой нормальный руководитель, думающий о своём хозяйстве, выберет первый вариант. Понимая это, свои закупочные цены поднимают и мукомолы, создавая рентабельный рынок сбыта даже для тех, кто не участвует в экспорте. А если зерна или подсолнечника в стране будет переизбыток, то закупочные цены сильно упадут, и после цепочки переработки зерна и всех соответствующих накруток конечная цена хлеба, макарон или подсолнечного масла на прилавках магазинов должна быть ниже.

А получится как всегда?

Вот она — простая и понятная логика правительства РФ. Но здесь, по мнению многих экспертов, не учитываются два очевидных последствия. В цепочке «поле — мельница — пекарня — прилавок» при любых раскладах меньше всех страдает тот, кто практически ничего не вкладывает в конечный продукт, то есть магазин. Аграрии и переработчики к тому же получают господдержку — и на судьбу вроде как роптать не должны. А бизнес есть бизнес: он у нас свободный, независимый, и если даже пойдёт навстречу государству и будет держать цены на отдельные социальные продукты, то, можно не сомневаться, достанет недополученные деньги из наших карманов за счёт других товаров.

Ну а вот крестьяне, получается, могут пострадать сильнее всех. Давно понятно, что государство бессильно повлиять на стоимость ГСМ, хотя и предпринимает безуспешные попытки каждый год. Постоянно растёт стоимость сельхозтехники, удобрений, запасных частей, так что и себестоимость производства сельхозпродукции будет расти. Если не будет цены на итоговую продукцию, то мы снова вернёмся на 10–12 лет назад, когда после экономически неудачных годов по всей стране аграрии снижали площади посевов (иначе откуда только в Новосибирской области взялись сотни тысяч гектаров брошенных сельхозземель?). Потом их убеждали и поддерживали рублём, говоря, что стране нужно больше зерна, молока и мяса. А сейчас, как специально, идут по пути обрушения рынка и вытягивания дополнительных денег из крестьян, которые и так не шикуют.

Сельское хозяйство для России — не только производство продукции, оно выполняет и важнейшую социальную функцию, оставляя для людей хоть какие-то причины жить в селе, сохранять этот образ жизни.

По мнению Дениса Субботина, о катастрофе пока говорить рано, но и лучше от нововведений вряд ли кому-то станет.

— Я считаю, что даже с этими пошлинами и зачастую в убыток себе, но наши селяне экспортные контракты выполнят, — уверен депутат. — Потому что международный рынок строг: один раз не выполнишь обязательства, потом десять лет никому нужен не будешь. Но также я почти не сомневаюсь, что с помощью всех этих запретов и ограничений мы не решим проблем социально незащищённых слоёв населения, не снизим цены в магазинах. Мы просто накажем наших крестьян, которые сегодня стали жить чуть-чуть лучше, чем вчера.

Сдержанный оптимизм сохраняет и министр сельского хозяйства Новосибирской области Евгений Лещенко, считающий, что в краткосрочной перспективе эти нововведения не сильно скажутся на экономике сельхозпредприятий, но могут повлиять в дальнейшем.

— Сегодня цены продажи зерна в порту Новороссийска таковы, что даже 25 и 45 евро с тонны повлияют несущественно. Гораздо важнее, как именно будут распределены квоты (17,5 миллиона тонн зерна на всю Россию), которые в первой декаде февраля утвердит Минпромторг РФ, — сказал министр. — Поставки урожая 2020 года уже практически законтрактованы, но если на будущие урожаи квоты для нашего региона будут снижены, то просто так уже не продашь, заградительные пошлины там огромные. Задача правительства РФ очевидна — снизить рыночные цены внутри страны и удержать на уровне цены на продукцию сельхозпереработки в магазинах. Но как именно это отразится на производителях зерна, какие потери они понесут — пока спрогнозировать трудно.

Виталий ЗЛОДЕЕВ | Фото Валерия ПАНОВА

back
1249

Новости  [Архив новостей]


x

Сообщите вашу новость:


up