16.01.18

Танец больше жизни

Как приходят в профессию в десять лет, зачем нужны клакёры и чем НОВАТ привлекает зарубежных артистов, рассказывает худрук балета и легендарный танцовщик Денис МАТВИЕНКО.

Каждое его появление на сцене оставляет след в памяти зрителей: стремительный и мужественный Спартак, страдающий и нежный Дезире, романтичный и безумный Пер Гюнт, харизматичный и брутальный Гэтсби. Масса оттенков в каждой роли.

 

Безграничная любовь

 

— Денис, есть ощущение, что и интервью вы можете дать в танце. Все ваши роли гораздо глубже и выразительнее текста.

 

— Это моя жизнь, я ничего другого не умею.

 

— Вы росли в таком окружении: дедушка и бабушка танцевали в знаменитом молдавском ансамбле «Жок»…

 

— Дед, Георгий Павлович Клоков, народный артист Украины, был создателем и руководителем двух ансамблей — «Дружба», а потом «Славутич». И мама с папой, Владимир Иванович и Наталья Георгиевна, тоже танцевали.

 

— Вы родились в Днепропетровске, оттуда потом поехали учиться в Киев?

 

— Мне не было и года, когда мы переехали в Крым. Моё детство прошло в посёлке Партенит недалеко от Ялты, он тогда назывался Фрунзенским. В этой деревне на берегу моря я и жил…

 

— …основанной ещё в шестом веке. Красивое место.

 

— Было ещё лучше. Последний раз, когда я приезжал, заметил, что много всего понастроили. Раньше, в советские времена, там были министерские дачи — всё очень красиво и цивильно. А в 1989 году мы переехали в Киев, я поступил в училище и жил в этом городе до 2007 года.

 

— Выбрали профессию в десять лет?

 

— Я выбрал? Как мы приходим в профессию? Часто это несбывшиеся мечты наших родителей. В десять лет редкий ребёнок, тем более мальчик, мечтает надеть колготки со стрингами и идти танцевать. А поскольку я рос на сцене, с трёх лет выступал в самодеятельных ансамблях, с которыми работал отец, — всё это составляло неотъемлемую часть моей жизни. Ансамбль народных танцев, в мужской раздевалке стоит запах кожаных сапог — мне это всё так нравилось! Как у Высоцкого: я это с молоком матери всосал.

 

— Но ведь не «Славутич» выбрали, а классический танец?

 

— Это надо у родителей спросить, почему они отдали меня в хореографическое училище. И, скажу честно, в первые годы учёба была для меня настоящим мучением. Мне хотелось на сцену, а приходилось заниматься в балетном зале с самого утра. На улице ещё темно, а ты стоишь, возишь ногами по полу — начальные азы всегда сложно даются. Любовь к балету пришла со временем, а потом уже и фанатизм, хотя я не люблю этого чувства. Мне повезло с педагогами: они привили именно любовь к своему делу — большую, огромную, безграничную любовь. Она со мной и по сей день.

 

Представитель третьего поколения танцовщиков и хореографов Денис Матвиенко родился в Днепропетровске 23 февраля 1979 года. Заслуженный артист Украины. Премьер Мариинского театра, с 2016 года художественный руководитель балета Новосибирского театра оперы и балета. Единственный в мире обладатель четырёх Гран-при международных конкурсов артистов балета. Среди его наград — приз Вацлава Нижинского, премия «Душа Танца», звание «Человек года-2013». Как приглашённый солист выступал в Большом театре России, Новом национальном театре Токио, миланском Ла Скала, парижском Grand Opera и нью-йоркском Американском театре балета.

 

Два «Спартака» в одном

 

— Приходится себя в чём-то ограничивать?

 

— Всю жизнь. Горнолыжный курорт — нельзя, коньки — никогда не стоял. Постоянная необходимость соблюдать режим или диету — правда, это у девочек в основном. И ещё много в чём приходится себя ограничивать. Вот сейчас, в свои неполные сорок, я по-прежнему много танцую, но всё делаю для того, чтобы давать больше возможности молодым. В нашем театре с появлением двух молодых артистов (Эрнеста Латыпова, в прошлом солиста Мариинского театра, и Алексея Тютюнника) теперь заполнена ниша, которую в последние два года мне приходилось закрывать — Принц Зигфрид в «Лебедином озере», Альберт в «Жизели», Дезире в «Спящей красавице». Не потому, что я не хочу танцевать, а потому, что балет — дело молодых, им это нужнее. Я уже перенасытился, мне интересно что-то новое: с артистами работать, заниматься развитием коллектива.

 

— Будут ещё какие-то пополнения в труппе в ближайшее время?

 

— Артисты нам присылают свои резюме, работает «сарафанное радио», и хотя штат у нас не безграничный, мы его постоянно расширяем, потому что репертуар большой. К примеру, в балетной труппе Мариинского театра 250 артистов, у нас на данный момент — 103. Конечно, там и спектаклей больше, и сцен. Существуют международные аудишны, и в начале февраля я еду в Барселону, где собираются директора мировых балетных компаний, приезжают выпускники школ, мы смотрим, делаем предложения тем, кого считаем нужным пригласить. Так к нам в своё время приехали ребята из Италии, Японии, Австралии — все после аудишнов.

 

— Почему они готовы ехать в Сибирь? Чем вы их заманиваете?

 

— Молодым хочется танцевать, а такой репертуар, как у нас, в западной компании редко найдёшь. Здесь и классическая хореография, и демиклассика, и ультрасовременные балеты, такие как «Пер Гюнт», и постановки Начо Дуато — «Щелкунчик», «Спящая красавица». Поверьте, на Западе очень мало компаний, в которых идёт классическая хореография. А у нас есть и «Спартак» Григоровича, и «Спартак» Ковтуна. Конечно, мы не охватим всех мировых хореографов, ни один театр такое не потянет. Тем не менее я считаю, что мы на правильном пути. Потому и едут сюда.

 

— Кстати, о «Щелкунчике». У нас была замечательная постановка в хореографии Вайнонена, областной бюджет в неё вложил 40 миллионов рублей, зрители её очень любили…

 

— Было много вопросов на этот счёт, и мы сразу объявили: «Щелкунчик» Вайнонена останется в репертуаре.

 

— Наверное, это хорошо иметь две трактовки одного балета. Но увидим ли мы в этом сезоне что-то новое?

 

— Да, ближе к лету. Название объявим чуть позже.

 

— Новосибирская публика отличается от той, что смотрит на вас на других сценах?

 

— Очень отличается. По сдержанности я бы сравнил новосибирского зрителя с японским. В Японии тоже во время спектакля редко кто аплодирует, хотя японцы знают, что первое появление ведущего танцовщика на сцене нужно встречать аплодисментами. Поэтому, будучи здесь, если не танцую, я сижу в зале и делаю это сам, на меня оборачиваются недовольные тётушки и дядюшки, но я продолжаю яро хлопать в такие моменты.

 

— Кроме того, что это традиция, артист нуждается в поддержке?

 

— Ты выходишь на сцену, тебя принимают аплодисментами — это очень приятно, для артиста это стимул. Совсем другое дело, когда ты танцуешь под шорох своих «копытц». Я знаю, что в конце каждого действия и после спектакля будут бурные аплодисменты. Но когда я впервые танцевал здесь, думал, что-то не так, раз зрители не хлопают... Есть такая профессия — клакёр, и в Большом театре они работают (правда, там иногда чересчур), но эти люди знают, в какие моменты нужно хлопать, какие па поддержать аплодисментами, они заводят публику, как на ток-шоу.

 

Зритель в нашем театре знающий, понимающий и тёплый, просто немного специфичный. Я первое время, когда смотрел спектакли, был поражён, что в зале вслух обсуждают происходящее на сцене. На премьере «Спартака» Ковтуна рядом сидевшие зрители переживали: Эгина, оказывается, спит с Криксом, а как же Красс?! Всё равно что при просмотре сериала, честное слово. Но на премьере «Пера Гюнта», я сидел в зале, выступал второй состав — публика молчала, все внимательно смотрели. Это спустя два года как мы работаем в этом театре. Обсудить можно потом, для этого есть антракты и буфет, или дома налить водочки и поговорить...

 

Терпсихора в сетях

 

— В Новосибирске в своё время существовало общество любителей балета «Терпсихора», они устраивали встречи на предприятиях, обсуждали новые постановки.

 

— А сейчас Терпсихора летает в сетях. Я обычно не читаю форумов, но после премьеры балета «Пер Гюнт» обнаружил вдруг, что это интересно, — оказалось, мнение простых зрителей может быть более объективным, чем статьи иных критиков. Кому-то нравится одно, кому-то что-то другое. Каждый имеет право на своё мнение, тем более в нашем виде искусства нет плохих хореографов или танцовщиков, на каждого найдётся свой зритель.

 

— И вам приходилось страдать от критиков?

 

— Нет, но иногда думаешь: откуда они взялись? Пишут рецензии, основываясь на собственном вкусе. Настоящих критиков — людей, которые могут дать объективную оценку происходящему на сцене, — в мире очень мало. При этом Европа, США, такие города, как Лондон, Нью-Йорк, Париж, очень зависимы от критиков. Если известный критик выпускает нелестную рецензию на спектакль, продажи билетов прекращаются. У нас такого нет. Но как было с тем же «Пером Гюнтом» — на генеральном прогоне многие журналисты были шокированы тем, что нет фуэте, прыжков, но их мировоззрение и мировоззрение зрителей после премьеры изменилось. Оказалось, что балет может быть и таким.

 

«Пер Гюнт» — это про меня

 

— Недаром эта работа отмечена и театральной премией Новосибирского отделения СТД «Парадиз» в номинации «Лучший спектакль в музыкальном театре».

 

— Это очень приятно. Другое дело, когда спектакль смотрели эксперты «Золотой маски»: они, похоже, сбежали. Нас не выдвинули — ни за хореографию, ни за драматическую линию, ни за музыкальное сопровождение. Пускай потом бы не оценило жюри, но не выдвинуть совсем! К этому спектаклю невозможно отнестись равнодушно. Не так часто ставится балет «Пер Гюнт», все постановки в мире можно по пальцам пересчитать. Это не многочисленные редакции «Лебединого озера» или «Спартака». Что касается постановщика, я большой поклонник творчества Эдварда Клюга, мне приходилось работать со многими хореографами, талантливыми, известными, с Эдвардом мы на одной волне.

 

— На премьере вы признались, что «Пер Гюнт» для вас самого очень личная история. Вы до сих пор ищете себя?

 

— Поиски были, но они закончились. Я давно себя нашёл. Конечно, я сейчас не такой, каким был в молодости. Я продолжаю исполнять и, на мой взгляд, ещё качественно исполнять спектакли, но для меня как артиста в этом нет развития. Поэтому я и провёл некую параллель с собой, и Эдвард, зная меня, эту линию поддержал. Впервые, когда мы показывали этот спектакль с его компанией, Словенским национальным театром Марибора, на фестивале балета Dans Open в Санкт-Петербурге, руководитель фестиваля Катя Галанова написала, что Пер Гюнт и есть Денис Матвиенко. Просто она давно меня знает. Я действительно всю жизнь был в поисках — не себя, а чего-то нового, был жадным до этого. Я много чего сделал, но многого и не сделал. Теперь уже поздно. Сейчас у меня есть другое, есть куда и кому отдавать свою энергию, свои эмоции: работать на то, что происходит на сцене, растить молодых артистов, вести их по жизни правильно.

 

— Проект «Короли танца», с которым вы впервые приезжали в Новосибирск, мы ещё увидим?

 

— Впервые я приезжал, ещё не участвуя в нём, а вот второй раз, в 2009 году, уже с «Королями», потом ещё в 2011-м. Последние полтора года в проекте затишье, короли состарились, теперь это уже экс-короли. Приехать? Почему бы и нет? Но это вопрос не ко мне, а к продюсеру Сергею Даниляну.

 

— Тогда вопрос к вам: когда на нашей сцене вы будете танцевать «Великого Гэтсби» — балет по роману Фицджеральда на музыку Константина Меладзе, поставленный известным американским хореографом Дуайтом Роденом?

 

— Я бы с удовольствием здесь показал этот проект и уже разговаривал об этом с Владимиром Абрамовичем. Я вам скажу больше, в «Великом Гэтсби» танцует наша солистка Ольга Гришенкова, она сделала эту партию полгода назад, мы с ней выступали в Париже и во многих городах, и она очень хорошо это всё делает. В первом составе Дейзи танцует моя супруга Анастасия Матвиенко. Проект имел огромный успех в балетных городах — Вена, Берлин, Париж, последнее выступление было в ноябре в Алмате. Планируются туры в Америку и Китай. У меня была идея сделать «Великого Гэтсби» с нашими солистами, из Романа Полковникова получился бы прекрасный Том, просто гениальный, я вижу его в этом образе — холёный, богатый, мощный. У нас действительно хорошие артисты. Несколько ребят из кордебалета «Великого Гэтсби» сейчас здесь работают. Конечно, я бы показал, но проект недешёвый, привезти его сюда сложно. Я там отвечаю только за художественную часть.

 

— В качестве постановщика себя попробуете?

 

— Нет, никогда. Как говорит Михаил Барышников, есть люди, которые делают это лучше меня… Коля Цискаридзе как-то сказал, что я ремесленник, и я с ним согласен, я могу делать всё, какие бы мне ни ставили задачи. Могу перенести любой классический балет, добавить какие-то свои фантазии (удачные или не очень), но сделать что-то новое в балете — для этого нужен дар Божий.

 

В бордовых тонах

 

— В Национальной опере Украины, где вы долгое время работали премьером, а потом и руководителем балета, и где с вами в итоге незаслуженно обошлись, бываете?

 

— Меня туда не пускают, там та же дирекция, что до перестройки пришла. В Киеве я бываю часто. Помимо «Великого Гэтсби», у меня там несколько проектов, в том числе с Эдвардом Клюгом, я имею одноактные балеты, которые до сих пор пользуются большой популярностью. Недавно мы выступали в зале на две тысячи мест, и люди смотрели стоя. 23 января у легендарного украинского хореографа Владимира Андреевича Денисенко юбилей — 85 лет. В предыдущий его юбилей, пять лет назад, мы устраивали грандиозный гала с участием его известных учеников, в том числе Леонида Сарафанова. И в этот раз соберутся. Меня организаторы тоже пригласили, но в последний момент оказалось, что дирекция театра против… Там работают прекрасные артисты. Вообще, в Украине как-то всегда был большой контраст между людьми, которые создают творчество, и теми, кто руководит ими, убивая это творчество. Так в своё время оттуда сбежал Алексей Ратманский, а теперь он одна из первых величин мировой хореографии.

 

— В Киеве прекрасное здание, хотя и новосибирский театр располагается в одном из самых нетривиальных зданий мира.

 

— Да, у нас замечательный театр, потрясающая сцена. Все, кто приезжает сюда ко мне из Москвы, Питера и Киева, восхищаются нашим театром. И никому в голову не приходит сравнивать его с казино, как местным балетоманам. Три четверти театров в мире оформлены в бордовых тонах. Взять те же Парижскую или Венскую оперы. Нам здесь только не хватает ещё одного балетного зала для репетиций, но, думаю, со временем что-нибудь решим.

 

— Новое поколение танцовщиков — выпускники нашего хореографического колледжа — вас как худрука устраивают?

 

— Я вам сообщу такую вещь — дети приходят неготовыми к театральной работе. Сейчас это настоящая проблема для всех балетных школ, не только для нас. Ребёнок приходит после восьми лет обучения в колледже, и мы не можем поставить его в балет, потому что он не готов к этому ни физически, ни морально. Я не говорю, что всё плохо, но мы их здесь доучиваем как минимум полгода. Видимо, всё дело в программе подготовки. Я разговаривал с руководством колледжа о том, чтобы на последнем курсе готовить ребят к театральной жизни, и нашёл понимание.

 

Обратная сторона успеха

 

— Балетные часто заводят семьи в своей среде, и наш театр тут не исключение…

 

— Хотите, чтобы я здесь семью завёл? (Смеётся). Девушки у вас красивые.

 

— Нет, серьёзно, где вы встретили Анастасию, как познакомились?

 

— В Киеве. Она младше меня. Я работал в Мариинском театре, контракт закончился, я не хотел его продлять и вернулся в Киев, просто фрилансером, работы и без того было много. Увидел выступление Насти на сцене, так всё и началось. В первую очередь начали работать вместе, а потом уже как по-казахски — любовь-махаббат. И вот уже четырнадцать лет я женат, дочке 27 января исполнится 5 лет.

 

— Она танцует?

 

— Конечно, и поёт — правда, фальшивит. Танцует все балеты, у неё потрясающая память — видимо, это генетика. Увидела балет «Чиполлино» и танцует за Помидора. Здесь в сентябре была премьера «Щелкунчика», мы с Настей танцевали, а дочь подходила к Начо Дуато и показывала, что Принц что-то не так делает. Он, правда, не понял, что она ему говорила, но было весело. И в балетном зале дочь проверяла, все ли на месте, и спала здесь, в моём кабинете, на диванчике, когда не было возможности её отвезти, а мы за стенкой репетировали «Щелкунчика».

 

— Значит, у Лизы всё с будущей профессией понятно?

 

— Не знаю; когда повзрослеет, постараюсь ей объяснить, что в нашем деле есть две стороны медали, тем более у женщин. Сложно очень платить за успех, за то, что вы видите на сцене.

 

— В фильме «После тебя» вы дублируете Безрукова, исполняющего роль танцовщика Темникова, из-за болезни вынужденного оставить сцену. Что вы думаете об этой работе?

 

— Я впервые снимался в художественном кино, было любопытно. Я приехал, Сергей в какой-то балетной обуви, в чёрных колготках, я ему показывал какие-то движения. Всего было три съёмочных дня. Часа два мне клеили маску, потом приходилось делать по 50 дублей, хотя я привык делать всё с первого дубля… В итоге фильм мне понравился. Обычно снимают какие-нибудь мифы о нашей работе вроде «Чёрного лебедя» так, будто мы какие-то сумасшедшие. Мы, конечно, сумасшедшие, но не в том направлении. А этот фильм правдивый, настоящий, потому что таких историй, как судьба Темникова, пусть она и вымышленная, на самом деле много. Другая сторона нашей такой яркой профессии заключается в том, что сцена рано выплёвывает артиста, как ненужное в организме. Не все с этим справляются. Слава Богу, мне сейчас есть куда уйти и чем заняться. Но я всегда боялся момента, когда закончу танцевать. Представляете артиста моего уровня, а я с 20 лет имел успех и овации, это сильнейший адреналин, действие сродни сильному наркотику. И вот когда этого становится всё меньше, нужно чем-то компенсировать. Кто-то спивается, кто-то находит себя в чём-то новом. Я стараюсь воспитывать в себе философское отношение к будущему. Кроме того, мне нравится сидеть в репетиционном зале, делать новую премьеру, создавать новых артистов, а потом видеть результат на сцене.

 

Фрагмент спектакля «Пер Гюнт». Пер Гюнт — Денис Матвиенко, Сольвейг — Ксения Захарова. Фото Виктора Дмитриева

 

В пещере горного короля, балет «Пер Гюнт». Фото Виктора Дмитриева

 

Балет «Пер Гюнт». Пер Гюнт — Денис Матвиенко, Сольвейг — Ксения Захарова. Фото Виктора Дмитриева

 

Балет «Спартак» в хореографии Георгия Ковтуна. Спартак – Денис Матвиенко, Фригия – Ольга Гришенкова. Фото Евгения Иванова

 

Тот же «Спартак» Ковтуна. Фото Евгения Иванова

 

 Балет «Спящая красавица». Дезире – Денис Матвиенко, Аврора – Ольга Гришенкова. Фото Евгения Иванова

 

Балет «Щелкунчик» в хореографии Нача Дуато. Принц Щелкунчик – Денис Матвеенко, Маша – Анастасия Матвиенко. Фото Евгения Иванова

 

Денис и Анастасия Матвиенко в балете «Щелкунчик» НОВАТа. Фото Евгения Иванова

 

Фрагмент балета «Спящая красавица». В ролях: Денис Матвиенко (Дезире) и Ольга Гришенкова (Аврора). Фото Евгения Иванова

 

Денис Матвиенко в роли Принца Дезире. Фото Евгения Иванова

 

Марина ШАБАНОВА | Фото Валерия ПАНОВА

 

 

back
1

В Заксобрании


24.05.18
73

Расселение ветхого и аварийного жилья, квартиры для детей-сирот, состояние мест лишения свободы — лишь некоторые из сфер, подконтрольных региональному омбудсмену.

24.05.18
115

Депутаты заксобрания требуют от минсельхоза области реальных мер по спасению молочного животноводства.

24.05.18
87

Благодаря усилиям областных депутатов село Красный Яр Ордынского района не упадёт в Новосибирское водохранилище.

Политика


17.05.18
214

Федеральный проект «Безопасные и качественные дороги» выйдет за пределы крупных городских агломераций.

27.04.18
495

Какой должна стать дорожная карта по реализации задач, поставленных в послании Президента РФ Федеральному собранию? Эту и другие темы обсудили во время дискуссий на муниципальном уровне, а затем на итоговом форуме «Единая Россия. Направление — 2026».

26.04.18
528

Трамвайно-троллейбусную сеть правобережья Новосибирска могут передать в концессию.

Экономика


24.05.18
84

Почему транспорт влияет на экономику и как их заставить максимально эффективно работать в одной упряжке, обсуждали на VII Международном Сибирском транспортном форуме.

17.05.18
202

Агентство инвестиционного развития Новосибирской области готово предложить бизнесу максимально комфортные условия для инвестиций.

17.05.18
241

Самозанятых намерены вывести из тени.

Общество


25.05.18
925

Газета «Ведомости», сайт ведомостинсо.рф и интернет-магазин Zoo.City объявляют конкурс фотографий «Мой любимый питомец»! Ждём фото до 29 мая!

24.05.18
76

Работа дома — мечта или реальность?

24.05.18
154

Когда в Новосибирске построят синхротронный ускоритель и почему это важно для развития проекта «Академгородок-2.0»?

Культура


24.05.18
139

На сцене НОВАТа обрела женское счастье мультимедийная «Золушка».

24.05.18
79

На ступенях «Красного факела» уличным перфомансом стартовал пятый театральный фестиваль «Ново-Сибирский транзит».

21.05.18
240

В «Победе» пройдёт вечер французского шансона, в «Бродячей собаке» вспомнят Сергея Фалетёнка и другие события. С 24 мая. Выбирайте!

Спорт


24.05.18
109

В Новосибирске в третий раз прошёл областной фестиваль массового футбола.

23.05.18
137

Более двух тысяч человек в Новосибирске приняли участие во II Всероссийском полумарафоне.

17.05.18
182

Сразу четыре крупных соревнования по судомодельному спорту прошло в Новосибирске.

x

Сообщите вашу новость: