30.12.19

Опалённые картины

Жизнь художника Генриха Качальского прервалась полвека назад: в мастерской начался пожар — он кинулся спасать картины... Выставка, которой не было, — так можно было назвать этот текст, но она всё-таки состоялась.

Эскиз молодого человека для картины «На передвижной выставке»,  1957 год.

Кино на станции Тайга

Великолепный рисовальщик, воспитанник репинской школы, весёлый человек, художник в самом расцвете сил. В экспозицию выставки вошли уцелевшие после трагического пожара в мастерской рисунки и живописные произведения разного времени, как бесценные документы его жизни. К 100-летию Генриха Болеславовича Качальского Новосибирский государственный художественный музей (НГХМ) представил собрание с символичным названием — «К выставке» (0+). Увидеть работы художника можно в небольшом зале на втором этаже (вход с Красного проспекта), выставка работает до 30 января.

 

— Необычное название неслучайно, — рассказывает куратор выставки, старший научный сотрудник Надежда Мельникова. — Всё, что делает художник в своей личной и профессиональной деятельности, всё относится к подготовке будущей выставки. Накапливает ли он впечатления от встреч и общения с интересными людьми, от увлекательного кино или спектакля; учится ли он в художественных учреждениях, внимая наставлениям учителей; влюбляется, прощается, восхищается или разочаровывается.

 

Выставка в НГХМ открылась в день рождения Генриха Болеславовича Качальского — 19 декабря. Родился и рос будущий художник в посёлке Тайга Западно-Сибирского края в семье паровозного машиниста. Семья была многодетная — пять сыновей и дочь. В 1927 году пошёл в начальную школу, где проучился пять лет. «Рисовать я начал очень рано. Сколько себя помню, всё время рисую, — писал в автобиографии Генрих Болеславович. — Помню, в 3-4 классах начальной школы учительница часто просила меня рисовать на доске, остальные ученики должны были срисовывать… Любовь моя к искусству развивалась под влиянием кино. Единственное в то время культурное учреждение кинотеатр “Колизей” находился рядом с нашим домом. Всё свободное время я проводил в кинотеатре. В кинотеатре я впервые встретил художника — С. Холкина, — который мог хорошо рисовать и писать красками огромные киноплакаты. В кинотеатре можно было услышать игру на скрипке и фортепиано, немые фильмы в то время демонстрировались под аккомпанемент этих инструментов… Казалось, не было фильма, который бы я не смотрел по нескольку раз…»

 

Побег в «Репинку»

В шестом классе тайком от родителей Генрих Качальский сбежал из дома — хотел уехать в Ленинград и поступить учиться на художника. Но время было трудное и голодное, до Ленинграда он не доехал, вернулся домой. Стал усиленно учиться — пошёл в школу ФЗУ, а после её окончания работал слесарем паровозов в депо города Тайги, не переставая думать о своём желании стать художником. В семье, где в основном все были «технарями», два сына выбрали путь художника. Станислав Качальский (он старше Генриха на четыре года), также окончивший ленинградский институт им. Репина, стал известным уральским художником, жил и работал в Челябинске.

 

В 1936 году Генрих Качальский поступил в Омское художественное училище, с другом они «занимались живописью и рисованием и днём, и ночью». Два года спустя, в 1938-м, уже после ареста отца, поехал учиться в Ленинград, где жил дядя. Поступил в специализированную школу при Ленинградском институте имени Ильи Репина, конкурс был нешуточный — приняли только двоих. «Всё, что я увидел в Академии художеств (а особенно работы учеников Школы юных дарований), меня просто потрясло мастерством и жизненной правдой… Когда съехались ученики и начались занятия, я увидел, что сильно отстаю от всех учеников, которые учились в школе давно. Я усиленно старался догнать моих сверстников. Тем более что условия в учёбе были идеальными. Меня зачислили на полное государственное обеспечение. Одевали, хорошо кормили и ещё давали стипендию… Упорная учёба дала свои результаты. На различных конкурсах по рисунку, по наброскам я получал премии», — продолжаем читать автобиографию художника.

 

В 1940 году Генрих Качальский был принят в Ленинградский институт живописи, скульптуры и архитектуры при Всероссийской Академии художеств (имя Ильи Репина институту присвоят в 1944-м). К этому времени он стал часто бывать в мастерской своего дальнего родственника — художника Михаила Ивановича Авилова, познакомился с художником-авангардистом Павлом Николаевичем Филоновым. Вечерами на квартире у Филонова собирались ученики разных направлений. Филонов особенно отмечал портретные работы Качальского. К сожалению, почти все работы художника того времени погибли во время блокады Ленинграда.

 

В том же 1940-м Генриха Качальского призвали в Красную Армию. Службу проходил в Новосибирске, и здесь же он получал письма от своих учителей, советовавших ни на день не прекращать работу по совершенствованию мастерства. С началом Великой Отечественной войны был отправлен на фронт, воевал, награждён медалью «За Победу над Германией». В 1943-м сержанта Качальского демобилизовали по запросу Нарымского окружного театра драмы — им нужен был художник-постановщик. В театре работали эвакуированные артисты, а находился он в г. Колпашево, художественным руководителем был Василий Васильевич Меркурьев, звезда советского театра и кино. Генрих Качальский признавался, как с большим волнением и увлечением оформлял свой первый спектакль «Испанцы» по Михаилу Лермонтову. Зрители отметили художественное оформление и некоторые сцены встречали аплодисментами, однажды за кулисы поблагодарить пришёл сам первый секретарь Новосибирского Обкома ВКПб Михаил Васильевич Кулагин. В 1944 году с организацией Томской области театр переехал в город Томск — и стал Томским драматическим театром.

 

Когда война закончилась, в 1945-м, Генриха Качальского вызвали в Ленинград для продолжения учёбы на факультете живописи института им. Репина, учился он в мастерской Виктора Михайловича Орешникова, профессора, доктора искусствоведения, Лауреата двух Сталинских премий, мастера портрета. Окончив учёбу, уехал по назначению в Новосибирск, где жил с 1951 года. Получил мастерскую в мансарде на улице Блюхера. Участвовал в областных и всесибирских выставках художников. В 1957 году за участие в юбилейной республиканской выставке в Москве был принят в члены Союза художников. 

 

Дождаться персональной

Вспоминает Вадим Петрович Капустин, краевед, знаток истории Новосибирска:

 

— Знакомство моё с Генрихом Болеславовичем Качальским состоялось осенью 1968 года. Я изучал состояние выставочной работы в Новосибирском отделении Союза художников СССР, к которой проявляли интерес зарубежные гости города. Мария Ивановна Качальская, директор картинной галереи, посетовала, что возможности для персональных выставок у художников очень небольшие: нет специальных выставочных площадок, годами члены Союза ждут своей очереди выйти на выставки. Привела в пример своего мужа живописца Генриха Качальского: последний раз он участвовал в республиканской выставке «Советская Россия» в 1960 году и теперь несколько лет ждёт своей очереди, собрал в мастерской многолетнюю коллекцию своих работ. Я бывал в мастерской Генриха Болеславовича, расположенной в мансарде жилого дома на улице Блюхера. Разговор в основном шёл о жизни в среде художников, о перспективах публичности творчества, о возможности реализации художественных работ.

Точные эмоциональные графические портреты, чистые наполненные светом краски живописных картин, потемневшее от огня масло некоторых этюдов, патина на рамах и опалённые края бумажных эскизов — лучших «рассказчиков» о жизни художника, терзаниях его творческого духа и страшной трагедии, случившейся накануне выставки, трудно найти. 

 

Беда случилась в марте 1971 года, в пожаре погибли почти все картины, приготовленные к выставке. Генрих Качальский был похоронен на кладбище в городе Тайге. Мария Ивановна Качальская спустя два года, в 1973-м, организовала посмертную выставку мужа, тогда же увидел свет каталог его работ. К слову, это именно благодаря М. И. Качальской картинная галерея переехала из здания по ул. Свердлова, 13, в новые помещения через дорогу — в здание бывшего Сибревкома, где и сегодня располагается НГХМ. 

Портрет К. Циолковского Генрих Качальский написал в 1957 году. И вот полвека спустя выставка собрала большую часть наследия художника — произведения из фондов Новосибирского художественного музея и предоставленные семьёй художника. 30 работ — в основном этюдного характера, — графика и пять живописных картин. Центральным произведением выставки стал потрет русского философа Константина Циолковского кисти Качальского, поднятый из постоянной экспозиции музея. В духе репинской школы: портрет очень живой, скульптурно прорисованный, и то, к чему стремился художник и чем восхищался в работах коллег, — мастерство и жизненная правда — всё здесь есть. Как и в других работах, представленных на выставке. Есть здесь и автопортреты, сделанные ещё во время учёбы в Омском училище, в 1936-м, один из них стал пропуском при поступлении в ленинградскую спецшколу Академии художеств. Ещё один экспонат выставки обращает на себя особенное внимание — эскиз молодого человека для картины «На передвижной выставке», написанной Г. Качальским в 1957 году.

 

Утраченная картина «На передвижной выставке», репродукция в журнале. 

 

Картина «На передвижной выставке» имела большой успех на Всероссийской республиканской выставке в Москве, после чего Генрих Качальский был принят в члены Союза художников СССР. На картине изображена семья сельчан, пришедшая на выставку; встреча с прекрасным для них — настоящий праздник, главный герой даже слегка присел от восторга и переполнивших его чувств. Самой картины в НГХМ нет, в архиве музея хранится лишь цветная репродукция из журнала. А эскиз молодого человека был обнаружен случайно: когда в постоянной экспозиции сняли со стены картину «Девушка у берёзы» Генриха Качальского, на оборотной стороне обнаружили эскиз. Реставратор разъединил картон так, что теперь это два разных произведения.

 

Большую часть работ на выставку предоставила семья Качальских. На открытии были сын Генриха Болеславовича Владислав Генрихович Качальский со своим сыном Генрихом и дочь Генриха Болеславовича и Маргариты Петровны Николашиной — Ирина Генриховна Николашина-Качальская. Семья готовится передать музею в дар часть своего наследия.

 

— Я буду рад передать графику и небольшие живописные работы — кроме тех, которые я снял со стен квартиры. Художников в нашей семье, к сожалению, больше не было. Правда, 19-летняя внучка, которая сейчас живёт в США, прислала что-то яркое на тему Гудзона. Папа пытался меня тянуть, я рисовал, но почему-то больше хотелось паять, — с иронией рассказывает Владислав Генрихович Качальский, доцент кафедры АСУ факультета автоматики и вычислительной техники НГТУ, старший научный сотрудник лаборатории Института горного дела СО РАН, кандидат технических наук. — Я больше всего люблю его картины о природе, потому что мы с ним вместе много ездили по разным местам, где он делал этюды. И это место, с которого написан оптимистичный пейзаж села Пашково Томской области, где жил папин брат Ян и куда мы ездили в гости, — очень хорошо помню.

 

Готовясь к выставке Г. Б. Качальского, Надежда Мельникова обнаружила переписку Марии Ивановны Качальской с музеями Томска и Кемерово, которым она обещала подарить работы мужа. Теперь стоит задача разыскать живописные работы, осевшие в других музеях, в том числе ту самую картину «На передвижной выставке», её, по словам сына, в момент пожара в мастерской точно не было.

 

«К выставке» — четвёртый мемориальный проект из подготовленных в 2019 году куратором Надеждой Мельниковой. Это и юбилейная выставка известного новосибирского художника Абрама Бертика, руководившего некогда работами по росписи плафона зрительного зала Театра оперы и балета. И большая персональная выставка к 100-летию со дня рождения новосибирского художника Анатолия Александровича Пяткова. В октябре состоялась персональная выставка к 80-летию Анатолия Алексеевича Заплавного — он не дожил до неё всего лишь два месяца. В архиве НГХМ хранятся материалы о многих новосибирских художниках, ушедших из жизни. Прежде собирать эти материалы музею помогал Союз художников. Но эта традиция, к сожалению, утрачена. Если не беспокоиться о сохранении памяти художников, спустя время трудно будет рассказать о тех, кто создавал художественные образы Сибири, эстетизировал её настоящее и мечтал о прекрасном будущем. Нам осталось немногое из наследия Генриха Качальского, но уже по тому малому можно сделать вывод, каким удивительным талантом обладал художник, каким светлым и жизнерадостным человеком он был.

 

Марина ШАБАНОВА

back
358

Новости  [Архив новостей]


x

Сообщите вашу новость:


up