18.10.13

Лекарство от демпинга

 

Юрий ГОРБАЧЕВ
 Фото Виталия МИХАЙЛОВА

 

С тех пор как в 2001 году была зарегистрирована фирма «Экри-Строй», на строительном рынке сменилось огромное количество брендов. Но занимающееся отделкой помещений, ремонтом сантехники, электрики и вентиляционных систем предприятие продолжает работать под постоянной вывеской. Так сложилось, что у этого предприятия в основном государственные заказчики, у которых и наработан авторитет. Есть у директора фирмы и свои веские соображения на тот счёт, что и бренд, и репутация немалого стоят.

— Для нас это важно, прежде всего, потому, что, зная наш уровень, с нами охотнее работают заказчики, — поясняет Григорий Давидович. — Мы ремонтировали много объектов для железной дороги. Не случайно мы находимся на территории железнодорожной больницы, где отремонтировали большое количество помещений. Здание, в котором расположен офис, было в своё время аптечным складом. Много мы работали в других больницах на железной дороге. Отремонтировали больницы в Карасуке, Новокузнецке, на станции Инской. Очень много мы работали с нашей мэрией, выполняя муниципальные заказы по ремонту школ, поликлиник, детских садов. В областной больнице выполняли ремонты и в прошлом, и в этом году. Ремонтировали ЛИУ-10 ГУФСИН. Недавно разговаривал с заказчиками — зовут ещё, потому что отработали качественно. Но есть закон № 94, и так просто на личных знакомствах и хороших отношениях строительный подряд не получишь. Надо ещё пройти все конкурсные процедуры. Выиграть тендер.

— Находясь в вашем офисе, который был аптечным складом, видимо, можно было дать совет нашим законодателям по поводу «лекарства» от демпингов на аукционах строительно-ремонтных подрядов. Ведь он ведёт к тому, что средства не осваиваются, а объекты не ремонтируются…

— Демпинг на аукционах — в самом деле, серьёзная проблема. При проведении тендеров изначально предполагается, что качество работ, участвующих в тендере фирм, будет одинаковым. При таких условиях тот, кто хочет заработать больше, должен быть более прижимистым, потому он и не хочет понижать цену на свои услуги. А другой делает скидки, потому что готов заработать хоть что-то, чем вообще ничего. Но все компании разные, с разными возможностями. И это не учитывается. Было время, когда строительные фирмы по пальцам можно было пересчитать. Но как только государство стало тратить деньги и средства пошли на стройку, строительные фирмы стали образовываться, как грибы после дождя. Чтобы стать «фирмачом» на ремонтном рынке, не так много и надо. Купил дрель и шпатель — и ищи заказчика. Стартовые вложения очень небольшие. Рабочих нанять — не проблема. У участника аукциона может не быть никакой производственной базы. Гастарбайтеров, которых можно нанять за бесценок, много. И они готовы вкалывать, потому что приехали в Россию заработать.

— Но бывает, скидки на аукционах составляют половину, 60 процентов сметной стоимости объекта! Это же работа себе в убыток.

— Я думаю, что это элементарные просчёты. На строительный рынок хлынула масса непрофессиональных людей. В расчёте на дешёвые материалы и бросовую рабочую силу они берут подряды, но когда начинают работать, сталкиваются с массой проблем. И эти просчёты ведут к тому, что в лучшем случае они этот объект сделают, но не рассчитаются с рабочими или за материалы, которые им кто-то дал в долг. А когда аукционная цена опускается ниже цены материалов, и даже дешевле, и демпинг составляет до 50 процентов — при здравом размышлении это объяснить невозможно. Для того чтобы выполнить условия контракта, всё равно кого-то придётся обмануть. Много таких объектов, когда средств не хватает и выигравший тендер с него уходит, не доделав работу и, как правило, не рассчитавшись с рабочими.

— Но ведь фирма учреждается, подписывается ворох бумаг. И вдруг такая недобросовестность.

— Фирму учредить недорого и недолго. Даже получить допуск СРО. Ну а действенных контрмер просчитавшимся, недобросовестным подрядчикам на строительном рынке практически нет. Да, фирма попадает в список недобросовестных подрядчиков. Но чтобы не мозолила глаза в этом «чёрном списке», её тут же закрывают. Тот же человек, с теми же намерениями открывает новую фирму и возглавляет её.

— И опять занимается тем же? «Заработками» на демпинге?

— Да. Потому что всё это обезличено. Пришла фирма — «накосячила», ей шпагу над головой сломали, и тут же переучредили. Бывает, в аукционе участвуют фирмы-однодневки, уклоняющиеся от налогов. В таком случае расходы заведомо ниже. Налоговая проверка приходит через три года после открытия, а фирма закрывается через год. Так что для того, чтобы бороться с демпингом на тендерах, надо, прежде всего, думать о законодательной стороне того, как преградить доступ к аукционам вот этим «налогоуклонистам» и зарабатывающим на смене вывесок. Хотя бы брать за критерий время существования фирмы на рынке. К примеру, те, кто уже прошёл налоговые проверки, исправно платит деньги в казну, наработал авторитет, участвовали бы в конкурсе на правах генподрядных организаций, а кто начинает работать и развивается — субподрядчиками. Тогда случайные бы отсеялись. То, что у нас фирма существует с 2001 года и мы уже не раз переживали налоговые проверки и остались с прежней вывеской, сохранились после этого, это величайшее достижение. А недобросовестные фирмы и фирмы-«призраки» криминально минимизируют налоги, а потом просто закрываются. Это варианты для снижения цены наполовину и больше. Бывают ситуации, когда приходится и цены снижать, например, чтобы держать бригады зимой, когда нет заказов, срабатывая «по нулям» или даже в минус, но всё это делается в разумных пределах с расчётом на последующие заказы. Скидка не может превышать величины сметной, планируемой, прибыли. А она невелика в нашей сфере. Семь—десять процентов на ремонте — это уже хорошо. Даже 15 процентов — это уже запредельная скидка, требующая расшифровки. На мой взгляд, должно быть так: заявляешь снижение цены больше 10 процентов — письменно сообщи, на чём ты собираешься экономить, обоснуй. Если изначально смета соответствует пожеланиям заказчика, скидки более 10 процентов сомнительны без ухудшения качества. Люди выполняют либо не те работы, на которые подписались, либо не всё, либо не из тех материалов.

— Сам по себе Федеральный закон № 94 ведь рассчитан и на то, чтобы при распределении заказов не было кумовства, коррупционных откатов? А на деле выходит что?

— В принципе этот закон, конечно, правильный. И идея общего доступа к аукционам на строительные подряды совершенно разумная, на мой взгляд. И если мы говорим об искоренении коррупции не ради лозунгов, а наяву, конечно, надо проводить аукционы. Ремонтирует что-то предприятие — и кто дешевле, быстрее и, подчеркну, качественнее и профессиональнее это сделает, тому и предоставляется подряд. Плюс и в том, что у государства остаётся резерв денег. А минус… Он, прежде всего, в том, что те, кто продаёт услуги добросовестно, вынужден участвовать в конкурсах либо с профанами, либо с заведомыми мошенниками. Предварительного отбора людей и фирм с точки зрения профессионализма и надёжности нет. Вроде появилась информация, что с будущего года вводится контрактная система, и будет действовать ещё один закон, который выправит ситуацию. Он ещё не принят, но в принципе дошло до людей, что надо делать какой-то предварительный отбор.

— Ну а что, на ваш взгляд, могло бы послужить определяющим критерием при таком предварительном отборе?

— Я бы, прежде всего, ввёл «возрастной ценз» строительно-ремонтной фирмы. Раз налоговая на законном основании приходит раз в три года, то ввёл бы такой критерий: просуществовала фирма три года, и тогда она имеет право участвовать в аукционе. На субподряд — пожалуйста. Хоть с первого дня образования предприятия. Чтобы эти три года как-то прожить. Либо должны проходить регулярные аудиторские проверки, чтобы на рынке действовали нормальные, легальные фирмы, и конкурс шёл действительно на равных условиях. Раньше были лицензии. Лицензию могли и отобрать, если ты недобросовестно выполнил работы. Теперь всё иначе. Так или по-другому, но должен существовать какой-то фильтр на входе. Ну и чёрный список не должен быть обезличенным. За невыполненные, некачественные работы должен отвечать человек, а не вывеска, которую легко сменить. Известно, что заложенные в социальные программы бюджетные средства не осваиваются, объекты простаивают, а у зарекомендовавших себя с лучшей стороны фирм подряды уплывают из-под самого носа. И к кому? Потом ведь удешевлённые ремонты недолговечны. Минует немного времени, и придётся всё переделывать. Может быть, всё это отшлифуется, когда примут ещё один закон, касающийся контрактной системы. С кем попало контракты заключать не станут.

— В прошлом году на модернизацию здравоохранения области закладывались огромные деньги, но где-то так и остались не отремонтированные ФАПы…

— Что касается ФАПов в Новосибирской области, то, я считаю, надо новые строить. Чтобы человек пришёл к фельдшеру или врачу и мог чувствовать себя комфортно. Причём это должны быть типовые, унифицированные помещения. Приезжавший в Новосибирск Патриарх Кирилл напомнил о том, что нужно строить церкви. Это можно делать параллельно. И прежде чем проводить строительные аукционы, всё продумать масштабно. И что строить, и кто будет строить. Речь ведь о колоссальных бюджетных средствах. На территории железнодорожной больницы возведена прекрасная часовня — вот пример того, как можно и средства находить, и тех, кто способен возвести на эти средства радующие и глаза, и сердце сооружения.

— Сегодняшней стройкой века может стать пойма Амура. Там и строители потребуются, и ремонтники. Нет намерений поучаствовать в этом проекте?

— Я всегда за то, чтобы двигаться, искать новые площадки для приложения сил. Помочь пострадавшим от наводнения жителям Приморья — дело святое. И если будут предложения, будем их рассматривать и поедем помогать.*

 

back
27

Новости  [Архив новостей]


x

Сообщите вашу новость:


up