20.06.19

Увидеть человека

Люди, утратившие социальные связи, нуждаются в комплексной помощи

Участники круглого стола Марк Денисов, Нина Шалабаева, зампредседателя заксобрания Владимир Карпов и депутат Госдумы Максим Кудрявцев.

 

По инициативе Уполномоченного по правам человека в Новосибирской области Нины Шалабаевой в заксобрании прошёл круглый стол «Реализация прав граждан, утративших социальные связи, недееспособных граждан».

 

Открывая дискуссию, Нина Шалабаева подчеркнула: каждый из нас может оказаться за чертой бедности, потерять жильё и родственные связи.

 

— У каждого человека, оказавшегося на улице без крыши над головой и без средств к существованию, — своя история, — говорит новосибирский омбудсмен. — Это могут быть алкоголизм, обман с жильём, проблемы с выплатой кредита, порой люди становятся жертвами преступных действий и жестокого, я бы сказала, бесчеловечного отношения к себе со стороны родственников. В подавляющем большинстве случаев граждане, оказавшиеся в сложной жизненной ситуации, нуждаются в помощи и желают начать жизнь с чистого листа. Но, сделать им это очень сложно.

 

Нина Николаевна условно разделила бездомных на несколько групп: трудовые мигранты, обманутые работодателями; пожилые люди, которых родственники выставили за дверь; бывшие заключённые; «концептуальные бездомные»; беспризорники и женщины, ставшие жертвами домашнего насилия. Омбудсмен напомнила, что домашнему насилию присуща высокая латентность: женщины стесняются признаться в том, что они подвергаются насилию со стороны членов семьи. Новосибирская область нуждается в «убежищах» для подвергающихся насилию женщин и детей, потому что именно «квартирный вопрос» зачастую вынуждает жертву жить вместе с насильником под одной крышей, даже если в отношении его возбуж­дено уголовное дело. Очень важно, считает Нина Николаевна, оказывать поддержку кризисным центрам для граждан, подвергшихся домашнему насилию, и усиливать работу психологов с этими людьми.

 

Сегодня в Новосибирской области проживает 7 170 граждан, признанных судом недееспособными, из них 4 322 находятся под опекой физических лиц, 2 725 — под надзором в организациях, оказывающих социальные услуги, 101 человек — под опекой органов опеки и попечительства.

 

Головная боль для врачей-психиатров — это выписка из стационаров лиц старшей возрастной группы с тяжёлыми соматическими патологиями. Дело в том, что в психиатрических больницах происходит «оседание» этих людей, которые либо уже до болезни жили в одиночестве, либо стали резко не нужны своим родственникам.

 

— Мы не можем их выписывать в никуда, — объясняет ситуацию главный психиатр области Алла Зинина. — Одни они жить не могут, потому что, представляют опасность и для самих себя, и для общества в целом. Иногда их намеренно не забирают родственники, которые не хотят возиться с пожилым психически больным человеком. В результате они живут в наших больницах годами. Но стационар не может предоставить им достойной реабилитации, а этим людям нужен комплекс услуг и забота, чтобы достойно жить.

 

В принципе, такие люди должны жить в стационарах социальной защиты психоневрологического профиля, но минздрав НСО отмечает, что с 2018 года наблюдаются задержки с предоставлением путёвок в интернаты, которые курирует министерство труда и социального развития региона. Нина Шалабаева убеждена: нужно срочно рассмотреть вопрос создания учреждений для временного размещения одиноких недееспособных граждан до их устройства в стационарные учреждения социальной защиты психоневрологического профиля.

Российская статистика неутешительна: больше половины бывших сидельцев возвращаются в лоно воспитательно-исправительной системы. Как говорят правозащитники, «можно вывести человека из тюрьмы, а вот тюрьму из человека — сложно». Российская пенитенциарная система не заточена под социальную реабилитацию людей, надолго вырванных из общества. Что касается вопроса ресоциализации осуждённых, то, по статистике, примерно треть всех криминальных правонарушений имеет рецидивный характер.

 

— С освобождением из мест лишения свободы у человека резко изменяется правовой статус и практически в полном объёме восстанавливается правоспособность, — поднимает новую тему омбудсмен. — У него возникает потребность в адаптации к новым условиям жизни: за короткий срок надо возобновить социальные связи, решить вопрос с регистрацией по месту жительства и трудоустроиться.

 

Но тут-то и начинаются «подводные камни»: работодатели не любят оформлять трудовые отношения с бывшими зэками.

 

— Все мытарства бывших осуждённых начинаются сразу после их освобож­дения, — поддерживает коллегу Уполномоченный по правам человека в Красноярском крае Марк Денисов, который был приглашён, чтобы поделиться опытом ресоциализации бывших заключённых в Красноярском крае. — Самое страшное и опасное для них — пренебрежительное отношение. Важно изменить мнение гражданского общества, чтобы оно было более лояльным к этой категории людей. Разумеется, среди них есть негодяи, которые живут преступлениями и будут жить, но нельзя всех грести под одну гребёнку. Есть люди, которые оказались в тюрьме по ошибке, есть люди, которых подставили.

 

Нина Николаевна рассказывает, что к ней постоянно поступают обращения от осуждённых, у которых приближается выход на свободу. В одной из колоний, куда Нина Николаевна приехала с проверкой, её обступили люди и задавали один вопрос: «Что с нами будет?». Никто не жаловался на содержание в колонии, на питание или медицинское обслуживание — все спрашивали: куда податься на свободе? У многих заключённых не было даже элементарного угла, где можно жить: квартиры продали родственники или «отжали» чёрные риэлторы. По сведениям прокуратуры Новосибирской области, сегодня в пенитенциарных учреждениях содержится 50 осуж­дённых, не имеющих постоянного места жительства и у которых заканчивается срок наказания. Целый комплекс проблем, связанных с выходом на свободу, приводит к нежеланию у осуждённых вставать на путь исправления.

 

Красноярский омбудсмен поделился опытом своего края, где, по негласной статистике, 6% населения отбывает срок. Как сказал Марк Денисов, Сибирь — это каторжный край, «богатый» на тюрьмы и лагеря, поэтому ресоциализация бывших заключённых — это вопрос, продиктованный самой жизнью.

 

Пять лет назад в Красноярске была создана служба социального сопровождения лиц, освобождённых из мест лишения свободы, которая сегодня в комп­лексе решает вопросы включения осуждённых в жизнь. Специалисты службы помогают освободившимся в решении вопросов трудового и бытового устройства, в восстановлении социально-полезных связей и оказывают им бесплатную юридическую помощь. Для трудоустройства граждан службой достигнуты договорённости с руководством 11 предприятий. Бывшие осуждённые трудятся в строительных и промышленных организациях, работают на предприятиях ЖКХ Красноярска. Сотрудники службы ведут постоянный контроль над своими подопечными: проверяют их по месту жительства и работы, встречаются с родственниками, проводят воспитательные и профилактические беседы.

 

— Если вы решите создать аналогичный центр в Новосибирской области, то стройте его в Новосибирске или около больших федеральных трасс, — советует Марк Денисов. — Дело в том, что человека, который остался без документов и крыши над головой, притягивает к себе большой город. Им кажется, что здесь проще «вписаться» в систему и найти работу.

Красноярский омбудсмен рассказал, что главная проблема бывших заключённых — их
«социальная инфантильность». В колонии они привыкли, что всё решают за них, что худо-бедно они одеты и накормлены. Свобода их манит и пугает одновременно.

 

Денисов убеждён: дома ночного пребывания и приюты с религиозным контентом не решат окончательно проблему ресоциализации — нужен комплекс услуг, чтобы человек почувствовал себя человеком. Не стоит закрывать глаза на тот факт, что создание эффективной системы социальной реабилитации бывших осуждённых, является одной из основных задач предупреждения преступности, в том числе рецидивной.

 

Новосибирский омбудсмен считает, что ресоциализация бывших заключённых — первоочередная задача и государства, и общества. Она должна осуществляться во взаимодействии всех заинтересованных структур и ведомств. А у нас, к сожалению, у власти весьма смутное представление о сути, целях и задачах такой деятельности, поэтому помощь оказывается «точечно».

 

Нина Шалабаева уверена, что необходимо срочно рассмотреть вопрос создания в Новосибирской области центра социальной адаптации бывших осуждённых и лиц, утративших социальные связи. Судя по примеру наших красноярских соседей, концентрация освободившихся граждан в Центре социальной реабилитации даст большие возможности не только для адаптации самих бывших заключённых, но и для контроля правоохранительными органами их поведения. Нина Николаевна настаивает и на принятии областной программы по социальной адаптации бывших заключённых. По итогам круглого стола Уполномоченным по правам человека в Новосибирской области готовится Специальный доклад, в котором будут обозначены существующие проблемы в этой сфере и даны рекомендации органам власти по улучшению положения граждан, утративших социальные связи, и недееспособных граждан.

 

Наталия ДМИТРИЕВА | Фото Валерия ПАНОВА

back
up