07.01.18

Гармония в красках

О праздновании Рождества, скрытых собеседниках, влиянии цвета на здоровье и жизни у реки рассказывает художник Сергей Меньшиков.

Сергей Меньшиков — из знаменитой художественной династии: отец Михаил Иванович Меньшиков — скульптор, брат Данила Меньшиков — художник. Сам он проявил себя во многих жанрах — монументальная и станковая живопись, роспись храмов, книжная графика, офорты, абстрактные композиции, проекты интерьеров. Тонкий, лёгкий, вдумчивый художник; его картины изысканны, насыщены цветом, особой энергией и при всей сложности — технической, фактурной и смысловой — просты и понятны зрителю. В начале декабря Сергей Меньшиков отметил своё 60-летие персональной выставкой в арт-центре «Красный» (пр. Красный, 169/2). Торопитесь её увидеть до 12 января.

 

В мастерской отца

 

— Сергей Михайлович, судя по семейным фото на выставке, вы часто бывали в мастерской отца?

 

— Я полжизни провёл в этой мастерской. Нас с братом с раннего возраста допускали, разрешали приводить друзей. Сейчас в этом помещении на площади Калинина располагается Союз художников.

 

— На доме Красный проспект, 159 и памятная доска о скульпторе Михаиле Меньшикове установлена.

 

— Да, а жили мы в семиэтажке напротив, мама и сейчас там живёт. Всё рядом — после школы мы бежали к отцу. Я там мастерил модельки, корабли, оловянных солдатиков. Отец сделал специальный верстак для нас. Инструментов всяких в мастерской было много, вот я и пользовался.

 

— А в 15 лет вы поехали учиться в Свердловское художественное училище по стопам Михаила Ивановича. Он ведь родом с Урала?

 

— Отец родился в Челябинске, ходил в художественную студию, а после войны и демобилизации по ранению окончил Ленинградский институт имени Репина. В Новосибирск отца пригласил Иван Васильевич Титков, который стремился активизировать здесь художественную жизнь. Она и сейчас пустыня, а тогда и вовсе — Антарктида. Он приглашал сюда талантливых выпускников художественных вузов и, стараясь создать им здесь условия для работы и жизни, бегал по властям.

 

— Как вы рискнули уехать из родного города?

 

— Я поехал за компанию с братом и его друзьями, они окончили десять классов, я после — восьмого, хотелось пообщаться в среде старших. Я был уверен, что не пройду экзамены, а когда поступил, возвращаться в школу было странно. Я расценил это как знак судьбы. Данила поехал домой, а я остался. Отучился год, а на следующий год брат поехал поступать в Питер и выманил меня — так я перевёлся в художественное училище имени Серова.

 

— В армии вы только рисовали или ещё что-то приходилось делать?

 

— Я служил в стройбате, ещё на призывном пункте меня присмотрел «покупатель» из авиации, но его опередил подполковник из военно-строительного отряда. Художники в армии везде нужны. Первый год я служил по полной программе: днём трудился на строительных работах, ночью рисовал плакаты и прочую наглядную агитацию. На второй год меня перевели на должность отрядного художника, и я перестал ездить на работы на Кировский завод, бывший Путиловский.

 

— Наглядной агитацией занимались и в Новосибирске, когда десять лет работали главным художником ДК имени Горького?

 

— Был такой период в жизни. После армии я вернулся из Ленинграда в Новосибирск. Попробовал себя там-сям, в итоге устроился в Дом культуры имени Горького. И наглядную агитацию приходилось рисовать, и спектакли народного театра оформлять, и помещения к праздникам украшать, в том числе клуб «Отдых» и стадион «Сибирь» — всё это относилось к 80-му заводу, где я получал зарплату. Особенно интересно работалось со сценическим пространством, нужно было задействовать свет и объём. Другое дело, творчество в тот момент было для меня хобби — времени на него почти не оставалось. Так что к первой выставке в 1984 году пришлось специально поработать, она называлась «Выставка восьми» и объединяла восемь художников. 

 

— На фронтоне ДК стояла скульптурная композиция «Право на труд», автором которой был ваш отец. Известна её судьба?

 

— Многие пытались это выяснить. Я работал в 1980-е годы, этих скульптур уже не было. Дмитрий Прибаловец, депутат горсовета и ярый защитник Богдашки, выяснил, что от тех скульптур ничего не осталось, их просто выбросили на свалку. Отец выполнил модель этой трёхфигурной композиции, а те, кто отливал скульптуру, видимо использовали некачественный бетон. Он стал сыпаться, куски грозили свалиться кому-нибудь на голову, и композицию убрали. Сейчас Дмитрий пытается восстановить скульптуру по сохранившейся модели отца с использованием 3D-технологий в новосибирском Академгородке. Если это удастся в пластике, скульптура прослужит гораздо дольше своего первоначального варианта.

 

По великой реке

 

— Рыбы и река частенько появляются на ваших картинах, а на фото — отдых с семьёй на берегу. Речные заводи вас вдохновляют?

 

— Река — любимое и желанное место. Отец вывозил нас в летнее время, жили в палатках у реки. К экстриму я не стремлюсь, а вот на нашей Оби — спокойной, огромной, одной из величайших рек мира — мне нравится бывать. Беру такси, загружаю в него резиновую лодку, отправляюсь в Заельцовский бор, там, на берегу, выгружаюсь, надуваю лодку и отправляюсь вниз по реке.

 

— Один?

 

— Чаще один, иногда в компании. Например, с художником Валерием Степаненко. Раньше выезжали с женой и детьми — сыном и дочерью. Сплавляюсь вниз по реке, делаю остановки, устраиваю ночёвки, могу пару дней у друзей пожить. Так проходит неделя-две, потом кто-нибудь привозит меня обратно. Как-то друг-художник пригласил на Волгу, мы собрались компанией и путешествовали по реке. Есть на моей личной карте и другие адреса — Крым, Байкал, Суздаль, Владивосток, — стараюсь наверстать то, что было упущено в жизни.

 

Зелёный период

 

— Был у вас период увлечения каким-то цветом?

 

— Одно время я чувствовал все оттенки синего. Лет в сорок пять меня «пробило» на зелёный, хотя до этого воспринимал его негативно, он казался мне однообразным, а тут вдруг стал замечать множество оттенков. Знающие люди говорят, что очередная чакра открылась. На самом деле каждый человек способен воспринимать десятки тысяч цветовых оттенков, но не у всех эта способность развита, а развивать её надо. Чувствительность к цветовому разнообразию делает человека не только духовно богаче, но и физически более здоровым. Изначально мы помещены в более тонкую среду, чем только воздух и вода. Если мы готовы воспринимать все оттенки цвета и звука, музыки и живописи — как проявлений этой тонкой среды, — мы будем более гармоничными, а значит, здоровыми и правильными людьми.

«Когда мы берёмся писать дворцы, — а они всё равно лучше, — это принижает. И наоборот, когда обыденное становится красивым  — это приподнимает, примиряет нас с действительностью, даёт возможность восхищаться миром, который существует вокруг».

 

— Как музыканта с абсолютным слухом ранят фальшивые ноты, так и художника, должно быть, ранят неверные цветовые сочетания в одежде или недостаток цвета в серо-белый зимний период?

 

— Не ранят; гармонию всегда можно найти, всё зависит от фокусировки. И грязь может быть живописной, а снег тем более имеет тысячи оттенков. Читаю сейчас воспоминания Коровина о Серове, с которым они были дружны. Серов приезжал к Коровину на дачу в Саратовскую губернию писать картины, мужик-крестьянин удивлялся: у меня хороший конь есть, а он просит клячу привести и сарай рисует, хотя рядом дом добротный…

 

Когда мы берёмся писать дворцы, — а они всё равно лучше, — это принижает. И наоборот, когда обыденное становится красивым, — это приподнимает, примиряет нас с действительностью, даёт возможность восхищаться миром, который существует вокруг.

 

— В Богдашке на ваших картинах читается ностальгия по какому-то особому миру, который уходит или уже ушёл безвозвратно. Это из вашей молодости?

 

— Да, я был в неё «влюбимшись». Богдашка впечатляла какой-то уютностью, этот её образ ещё остался. И я не совсем сумел передать нюансы своего восприятия. Там всё устроено гуманно по отношению к человеку, поэтому хотелось гулять, оставаться подолгу. То ли потому, что дома в 2-3 этажа, а деревья выше, получается, что дома не претендуют на первое место в этом мире, всё-таки деревья, природа — главное, затем уже дома, потом человек. И это архитектура — деление карнизами, арочные проёмы и лепнина — тёплая, соразмерная человеку.

 

Встреча

 

— У картины «Такие вот дела», где женщина разговаривает с ангелом, хочется задержаться. О чём они говорят? Это библейская история?

 

— Многие пытаются соотнести эту картину с сюжетом Благовещения. На самом деле это не так, библейских мотивов здесь нет. Это земной сюжет. И женщина эта — собирательный образ многих русских женщин. Я работал над росписью храма в Татарске, жил в общежитии железной дороги, с утра шёл в храм, работал на лесах, а поесть или чаю попить спускался в цокольный этаж, где была кухня. Женщины туда приходили разные, а одна такая — старая дева, не особенно контактная, молчаливая, что-то делает и губами шевелит. Я стал задумываться, с кем она может разговаривать, кто может быть её собеседником, — так родился этот образ. Картина вынашивалась у меня лет шесть. Сделал эскиз, потом другой, начал писать на холсте, понял, что не имею ещё творческого потенциала, чтобы изобразить это, оставил, потом подрос немного в ремесле, снова взялся, так постепенно периодами дотягивал картину до её сегодняшнего состояния.

 

— То есть вам приходится постоянно расти над собой?

 

— Я считаю, жизнь для этого и дана — обучаться и расти. Правда, по молодости было больше способности к росту. Вокруг столько непознанного, что неправильно ощущать себя сложившимся человеком. И сомнений в том, что я делаю, гораздо больше, чем уверенности. Скорее, можно сказать, что я сделал всё, что могу, а ведь мог бы ещё что-то, но я этого не знаю…

 

— Когда вы храмы расписываете, читаете молитвы?

 

— Да. Меня с юности привлекал иконописный стиль, сама эта декоративная манера. И когда в начале 2000-х меня пригласили расписывать первый храм — в Татарске, — желание попробовать себя в этом стало главным мотивом, а не вера и убеждения, я был крещён ещё 1995-м, но не воцерковлялся. Будучи в храме, стал читать Евангелие, скорее с целью поспорить со священником, найти какие-то несовпадения, какие-то «занозы». А потом постепенно увлёкся, Евангелие в меня вошло, и я забросил свои попытки найти поводы для спора. Попробовал воцерковиться, сходил на исповедь, на причастие — и так потихоньку, без фанатизма к этому обратился. Раза два в год обязательно бываю в храме.

 

— Вы расписывали новые здания?

 

— Свежие стены, ни разу не записанные. Я заметил, что, когда работаю в храме, не устаю, по двенадцать часов нахожусь на лесах, могу тут же прилечь, поспать полчаса и дальше писать. Бог — Он везде, не только в храме, ты можешь с Богом везде общаться. Храм лишь здание, где совершается главная процедура — причастие. Каждый художник привносит свою индивидуальность в храмовую роспись. К примеру, в Мочище я расписывал католическую часовню в доме отдыха, там изображение ближе к европейскому искусству эпохи Возрождения.

 

— Ваша книжная графика больше касается детской литературы. Приходилось в собственное детство нырять?

 

— А что в него нырять? Мы все — дети, только снять шелуху и притворяться не надо. Вот мне шестьдесят исполнилось, а я никак не могу этого осознать. У меня те же проблемы, что и в двадцатилетнем возрасте, те же задачи и трудности. Мне несложно ощутить себя пятнадцатилетним.

 

— Какие из нарисованных вами книг были изданы?

 

— Всего две: русская народная сказка «Лутонюшка», тиражом 300 тысяч, таких тиражей после не было, это советские объёмы, и «По следу мамонта», текст которой писал Андрей Шаповалов. Эту книжку нам заказала Петрунёва из издательства «Инфолиопресс», у неё была идея целой серии таких научно-популярных энциклопедий, но что-то не задалось. Мне с книжками не везёт: что-то не издано, что-то не оплачено, что-то сохранилось только в ксероксных копиях.

 

— А ваша работа с Сибирским хором в качестве главного художника продолжается?

 

— Всё; уволился в связи с выходом на пенсию. Сам написал заявление. Тяжело стало, главный художник — это как домашний врач: сегодня ты гинеколог, завтра — стоматолог. Всё время нужно перестраиваться, а уже всё тяжелее и тяжелее. То баннер пишешь, то декорируешь стенку, то сцену оформляешь.

 

— Как Новый год обычно отмечаете?

 

— Для меня такого праздника не существует, я не отмечаю его уже больше десяти лет, игнорирую. Садимся за стол, радуемся, как будто целый год голодными были, а тут нам разрешили. Отчего возникает эта объедаловка? Потому что мотива нет: что празднуем — непонятно. Новую цифру в календаре? Так она каждый день новая. И каждая минута — новая. Я Рождество праздную. Ёлку ставлю после Нового года, украшаю её семиконечной звездой, как положено. И гостей принимаю, так повелось, что люди сами приходят. Звонят — мы придём. Я говорю: хорошо, с вас салат. И так каждый приходит с чем-то своим, и никто не чувствует себя неловко, потому что каждый внёс свой вклад. Собираемся у меня в мастерской на «Снегирях», она большая.

 

— Когда лучше начинать развивать художественное восприятие?

 

— Никогда не поздно и не рано. Дело не в общем образовании. Это скорее самообразование или самовоспитание, как гимнастика или утренняя молитва. Надо смотреть картины художников не с точки зрения, что там нарисовано, а как это сделано: как сочетаются цвета, какая там есть гармония. Научиться воспринимать картины, чтобы эта гармония вошла в сердце. Это трудно объяснить, но надо начинать. Иначе можно всё растерять, всё превратить в «цифру».

 

Марина ШАБАНОВА | Фото Валерия ПАНОВА

back
858

В Заксобрании


21.11.19
55

Депутаты требуют разобраться, что происходит в регионе с вывозом мусора.

21.11.19
100

Наркоторговцы в совершенстве освоили сетевой маркетинг и расчёт криптовалютами.

21.11.19
58

Что и где построят в 2020 году по наказам избирателей депутатам заксобрания?

Политика


14.11.19
684

В Новосибирске прошла межрегиональная научно-практическая конференция, посвящённая гражданскому активизму в Сибири

29.10.19
623

Отменят ли партийные списки на выборах в городской Совет Новосибирска, которые пройдут в 2020 году

29.10.19
640

«Единую Россию» на выборы в 2020 году поведут сразу два региональных лидера

Экономика


15.11.19
689

Зачем нужна маркировка товаров и как её введение отразится на производителях, продавцах и покупателях?

21.10.19
847

Будет ли Новосибирская область продавать больше зерна за границу?

25.09.19
1541

Что должно стать основным драйвером развития инноваций в России и почему здесь не может быть единственно правильного ответа?

Общество


21.11.19
51

Модернизация и ремонт затронули все ТЭЦ Новосибирской области, находящиеся в ведении Сибирской энергетической компании.

21.11.19
52

Четыре новых автобуса для внутрирайонных маршрутов получили сузунские перевозчики благодаря депутатам Законодательного собрания

21.11.19
62

Аграрии Сузунского района удостоены медалей Законодательного собрания. Они первыми в области в этом году завершили уборку зерновых культур

Культура


21.11.19
51

Чуть ли не весь звёздный состав «Глобуса» объединила на малой сцене постановка пьесы современного российского драматурга Ивана Вырыпаева «Иранская конференция».

21.11.19
68

13 поэтов и писателей России соберёт в Новосибирске фестиваль «Белое пятно»

21.11.19
74

19 ноября в Новосибирске стартовал IX Международный конкурс юных скрипачей.

Спорт


12.11.19
618

Ещё пару лет назад о детском следж-хоккее в Новосибирской области ничего не знали, а сегодня ребята выходят на совместные тренировки с игроками ХК «Сибирь»

06.11.19
756

В Новосибирске в 18-й раз прошёл один из крупнейших в России боксёрских турниров — памяти мастера спорта СССР Дмитрия Панова

29.10.19
557

В Сибирской академии самбо прошло крупнейшее региональное соревнование по этому виду спорта

x

Сообщите вашу новость:

up