31.10.19

Видеть и думать

Впечатление зрителя — отдельное произведение: как отличается спектакль режиссёра от пьесы автора, так и впечатление у каждого из нас своё.

Спектакль «Марат/Сад», театры Klockriketeatern, Sirius Teatern, Teater Mestola (Финляндия, Швеция). Жак ру и Шарлотта Корде. 

 

«Учитесь видеть и думать! Учитесь бороться! Последнее слово будет за вами…» — этими словами заканчивается спектакль «Марат/Сад» по пьесе Петера Вайса, который привезла финско-шведская команда. И что символично — звучат они в последний вечер Международного фестиваля актуального театра «ХАОС», созданного и организованного Новосибирским государственным драматическим театром «Старый дом».

 

«Видеть» и «думать» — два ключевых слова фестиваля. Они выплывают из фантасмагории хаоса, светятся сигнальными огнями, манят созвучием настроений и оставляют трафареты смыслов того, что нам показали или хотели сказать. Всё остальное мы домыслим сами.

Жан-Поль Марат в своей ванне.

 

На сцене — безумие, оно отражается в глазах смотрящих, переворачивает мировоззрение и превращает всё в фарс, да и сама актёрская игра кажется нелепой. Но эта шаткость и неточность движений оправдана: дело происходит в клинике Шарантон, в которой на излечении находятся душевнобольные, в прошлом участники и свидетели Великой французской революции. Среди пациентов — маркиз де Сад, он автор и режиссёр представления, разыгрываемого для руководства больницы. Главный персонаж — революционер Жан-Поль Марат. У Сада и присутствующих к нему слишком много вопросов. Не доволен ходом событий и сам Марат — всё действие он сидит в ванне, страдая от «кожной болезни», в розовых от крови бинтах и одежде. Кровь затопила и улицы Парижа, если начиналось со ста казней в день, теперь их счёт пошёл на тысячи, но народ по-прежнему не получил церковные земли и ростовщики дорвались до власти. Уже стучится в дверь Марата прибывшая из Канн, чтобы убить самого «тирана», изящная Шарлотта Корде. Маленькие гильотины в руках детей, по её словам, рубят головы крохотным куклам, наполненным кровью… Когда страсти накаляются и больные увлекаются критикой существующего строя, на сцену выбегает доктор Кульмье и, поднимая руку, унизанную дорогими перстнями, увещевает артистов, самым буйным заламывает руки мужеподобная медсестра.

Маркиз де Сад и Жан-Поль Марат.

 

«Что может быть увлекательнее, чем столкновение тотального контроля и безумия анархии!» — восклицает режиссёр Юха Хурме. Для этого спектакля ему пришлось объединить актёров из трёх театров Финляндии и Швеции. «В пьесе задействовано девять актёров и два музыканта. Для финских театров это уже большая сложная постановка, потому что у нас театры в основном маленькие» — пояснил журналистам Карл Альм, исполнитель роли Марата.

 

Пьеса Вайса, написанная в 1963 году, регулярно ставится на сцене, а одна из самых известных постановок — британского режиссёра Питера Брука — получила премию «Тони» и была экранизирована полвека назад. Финский «Марат/Сад» — театр в театре, где всё утрированно, словно в уличном театре с буффонадой и пантомимой, он разбивает «четвёртую стену» и выходит на прямое общение со зрителем, принимая в своё братство и снимая социальный зажим смотрящих.

Спектакль разбивает «четвёртую стену» и выходит на прямое общение со зрителем...

 

Видеть и думать - даже если неприятно и страшно. Современный театр — не лёгкое развлечение или психологические поиски в давно известном тексте. Это то, о чём сегодня говорят. О том, что происходит с нами.

 

На обсуждении спектакля «Мне 30 лет» автора и режиссёра Василия Зоркого (Гоголь-Центр, Москва) некий зритель сетует: и спектакль запал, и ощущение сопричастности к миру было, и возникло желание творить что-то великое, но зачем говорить об алкоголе и наркотиках — это гасит впечатление…

Участники спектакля «Мне 30 лет» (Гоголь-Центр, Москва) на встрече со зрителями.

 

«Мне 30 лет» — история состоятельного и состоявшегося ивент-директора из Москвы. Зоркий ведёт спектакль от первого лица, произносит искренние монологи про себя, 30-летнего, про время начала нулевых, когда жировала Москва, и тусовку успешных молодых людей, о друзьях, любви и отношениях… Монологи перемежаются песнями: на сцене работает целый ансамбль профессиональных музыкантов, и сам Зоркий поёт свои песни богатым на оттенки голосом. Пафос размышлений героя разбивают короткие ироничные диалоги с актрисой Ариной Маракулиной. Она играет и воображаемую Маракулину, и космическую метамаму, выплывающую из задворок жизни героя, и его ворчливую соседку — возрастную балерину, и виртуальных подруг, посылающих странные смайлики в ответ на простые вопросы… Пронзительный, весёлый и лёгкий спектакль-размышление о времени и о себе. Василий Зоркий «включает» зрителя вопросами в зал по принципу «да-нет», повергая в весёлость от неожиданных поворотов, ворошит индивидуальные воспоминания. И вот уже сам задаётся мучительными вопросами взросления, или отрезвления: почему в этой вечной спешке ты всё меньше чувствуешь, даже когда слышишь страшные новости о детях из Кемерово: что ещё должно произойти, чтобы мы почувствовали…

 

И после спектакля зал почти полон: оказывается, с актёрами, сидящими на краю сцены, немало желающих поговорить — поделиться впечатлениями, собственной историей или прочитать стихи… И это общение становится вторым полноправным действием, быть может, более настоящим. «Многие темы, которые здесь звучали, до глубины души меня тронули», — признаётся девушка в первых рядах. Зритель, «специально приехавший из Барнаула», напротив, считает, что спектакль ни одну из поднятых тем не вытягивает. Зоркий согласен, что на каждую отдельную тему можно поставить спектакль, и обещает выписать барнаульцу вечный билет, на любой спектакль.

Во время спектакля, «включённый» зал.

 

— За два года спектакль претерпел какие-то невероятные изменения. И темы, которые мы поднимаем, всё время разные, — говорит Василий Зоркий, его путь к этой постановке начинался с колонки «Неизвестный горожанин», которую он писал для сайта The Village. — Для меня в спектакле важно само начало диалога. Я не пытаюсь вам рассказать, как жить. И если из 150 человек 30 о чём-то задумаются, это невероятная удача, и, если у 10 появится желание позвонить своей маме, — это тоже классно… Мы много лет с советских времён не говорили про алкоголь, газета «Правда» писала совсем о других вещах, а страна как бухала, так и бухает. Много лет в России не говорили о том, что такое домашнее насилие, а количество изнасилований в стране просто зашкаливает. Замалчивание какой-то проблемы не избавляет нас от необходимости с ней сталкиваться... Мне кажется, жизнь очень короткая, и надо это очень быстро понять. Просто можно долго мять зад и 20 лет думать: а достаточно ли я классный, чтобы что-то сделать. И будет 300 случаев, когда тебе объяснят, что ты недостаточно талантлив. Часто мы сами себе ставим ограничения, какую-то самоцензуру. Нужно просто брать и делать…

 

Спасибо, «Хаос», за такие разные встречи! И пусть будет продолжение.

Марина ШАБАНОВА | Фото Виктора ДМИТРИЕВА

back
3618

Новости  [Архив новостей]


x

Сообщите вашу новость:


up